Премудрости Соломона

Премꙋ́дрости соломѡ́ни

(Второканоническая книга, не входит в состав канонических книг Ветхого Завета).

Глава 1

1:1

Возлюби́те пра́вдꙋ, сꙋдѧ́щїи зе́млю: мꙋ́дрствꙋйте ѡ҆ гдⷭ҇ѣ въ благосты́ни и҆ въ простотѣ̀ се́рдца взыщи́те є҆го̀:

Возлюбите правду, судящии землю: мудрствуйте о господе в благостыни и в простоте сердца взыщите его:

Любите справедливость, судьи земли, право мыслите о Господе, и в простоте сердца ищите Его,

1:2

ꙗ҆́кѡ ѡ҆брѣта́етсѧ не и҆скꙋша́ющымъ є҆го̀, ꙗ҆влѧ́етсѧ же не невѣ́рꙋющымъ є҆мꙋ̀.

яко обретается не искушающим его, является же не неверующим ему.

ибо Он обретается неискушающими Его и является не неверующим Ему.

1:3

Стропти̑ваѧ бо помышлє́нїѧ ѿлꙋча́ютъ ѿ бг҃а: и҆скꙋша́емаѧ си́ла ѡ҆блича́етъ безꙋ́мныхъ.

Строптивая бо помышления отлучают от бога: искушаемая сила обличает безумных.

Ибо неправые умствования отдаляют от Бога, и испытание силы Его обличит безумных.

1:4

Ꙗ҆́кѡ въ ѕлохꙋдо́жнꙋ дꙋ́шꙋ не вни́детъ премꙋ́дрость, нижѐ ѡ҆бита́етъ въ тѣлесѝ пови́ннѣмъ грѣхꙋ̀:

яко в злохудожну душу не внидет премудрость, ниже обитает в телеси повиннем греху:

В лукавую душу не войдет премудрость и не будет обитать в теле, порабощенном греху,

1:5

ст҃ы́й бо дх҃ъ наказа́нїѧ ѿбѣжи́тъ льсти́ва и҆ ѿи́метсѧ ѿ помышле́нїй неразꙋ́мныхъ и҆ ѡ҆бличи́тсѧ ѿ находѧ́щїѧ непра́вды.

святый бо дух наказания отбежит льстива и отимется от помышлений неразумных и обличится от находящия неправды.

ибо святый Дух премудрости удалится от лукавства и уклонится от неразумных умствований, и устыдится приближающейся неправды.

1:6

Человѣколюби́въ бо дꙋ́хъ премꙋ́дрости и҆ не ѡ҆безвини́тъ хꙋ́льника ѿ ᲂу҆сте́нъ є҆гѡ̀: ꙗ҆́кѡ внꙋ́треннихъ є҆гѡ̀ свидѣ́тель є҆́сть бг҃ъ и҆ се́рдца є҆гѡ̀ и҆спыта́тель и҆́стиненъ и҆ ѧ҆зы́ка слы́шатель:

Человеколюбив бо дух премудрости и не обезвинит хульника от устен его: яко внутренних его свидетель есть бог и сердца его испытатель истинен и языка слышатель:

Человеколюбивый дух — премудрость, но не оставит безнаказанным богохульствующего устами, потому что Бог есть свидетель внутренних чувств его и истинный зритель сердца его, и слышатель языка его.

1:7

ꙗ҆́кѡ дх҃ъ гдⷭ҇ень и҆спо́лни вселе́ннꙋю, и҆ содержа́й всѧ̑ ра́зꙋмъ и҆́мать гла́са.

яко дух господень исполни вселенную, и содержай вся разум имать гласа.

Дух Господа наполняет вселенную и, как все объемлющий, знает всякое слово.

1:8

Сегѡ̀ ра́ди вѣща́ѧй непра́вєднаѧ никто́же ᲂу҆таи́тсѧ, и҆ не ми́мѡ и҆́детъ є҆гѡ̀ ѡ҆блича́ющь сꙋ́дъ.

Сего ради вещаяй неправедная никтоже утаится, и не мимо идет его обличающь суд.

Посему никто, говорящий неправду, не утаится, и не минет его обличающий суд.

1:9

Въ совѣ́тѣхъ бо нечести́вагѡ и҆стѧза́нїе бꙋ́детъ, слове́съ же є҆гѡ̀ слы́шанїе ко гдⷭ҇ꙋ прїи́детъ во ѡ҆бличе́нїе беззако́нїй є҆гѡ̀:

В советех бо нечестиваго истязание будет, словесъ же его слышание ко господу приидет во обличение беззаконий его:

Ибо будет испытание помыслов нечестивого, и слова его взойдут к Господу в обличение беззаконий его;

1:10

ꙗ҆́кѡ ᲂу҆́хо рве́нїѧ слы́шитъ всѧ̑, и҆ молва̀ ропта́нїй не кры́етсѧ.

яко ухо рвения слышит вся, и молва роптаний не крыется.

потому что ухо ревности слышит все, и ропот не скроется.

1:11

Храни́тесѧ ᲂу҆̀бо ѿ ропта́нїѧ неполе́зна и҆ ѿ ѡ҆болга́нїѧ щади́те ѧ҆зы́къ: ꙗ҆́кѡ вѣща́нїе та́йное тщѐ не пре́йдетъ, ᲂу҆ста̀ же лжꙋ̑щаѧ ᲂу҆бива́ютъ дꙋ́шꙋ.

Хранитеся убо от роптания неполезна и от оболгания щадите язык: яко вещание тайное тще не прейдет, уста же лжущая убивают душу.

Итак, хранитесь от бесполезного ропота и берегитесь от злоречия языка, ибо и тайное слово не пройдет даром, а клевещущие уста убивают душу.

1:12

Не вожделѣ́йте сме́рти въ заблꙋжде́нїи живота̀ ва́шегѡ, нижѐ привлека́йте поги́бели дѣла́ми рꙋ́къ ва́шихъ:

Не вожделейте смерти в заблуждении живота вашего, ниже привлекайте погибели делами рук ваших:

Не ускоряйте смерти заблуждениями вашей жизни и не привлекайте к себе погибели делами рук ваших.

1:13

ꙗ҆́кѡ бг҃ъ сме́рти не сотворѝ, ни весели́тсѧ ѡ҆ поги́бели живы́хъ.

яко бог смерти не сотвори, ни веселится о погибели живых.

Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих,

1:14

Созда́ бо во є҆́же бы́ти всѣ̑мъ, и҆ спаси́тєлны бытїѧ̑ мі́ра, ни бо̀ є҆́сть въ ни́хъ врачева́нїѧ гꙋби́телнагѡ, нижѐ а҆́дꙋ ца́рствїѧ на землѝ.

Созда бо во еже быти всем, и спасителны бытия мира, ни бо есть в них врачевания губителнаго, ниже аду царствия на земли.

ибо Он создал все для бытия, и все в мире спасительно, и нет пагубного яда, нет и царства ада на земле.

1:15

Пра́вда бо безсме́ртна є҆́сть: (непра́вда же сме́рти снабдѣ́нїе:)

Правда бо безсмертна есть: (неправда же смерти снабдение:)

Праведность бессмертна, а неправда причиняет смерть:

1:16

нечести́вїи же рꙋка́ма и҆ словесы̀ призва́ша ю҆̀, дрꙋги́ню вмѣни́ша ю҆̀ и҆ и҆ста́ѧша, и҆ завѣ́тъ положи́ша съ не́ю, ꙗ҆́кѡ досто́йни сꙋ́ть ѻ҆́ноѧ ча́сти бы́ти.

нечестивии же рукама и словесы призваша ю, другиню вмениша ю и истаяша, и завет положиша с нею, яко достойни суть оноя части быти.

нечестивые привлекли ее и руками и словами, сочли ее другом и исчахли, и заключили союз с нею, ибо они достойны быть ее жребием

Глава 2

2:1

Реко́ша бо въ себѣ̀ помышлѧ́ющїи непра́вѡ: ма́лъ є҆́сть и҆ печа́ленъ живо́тъ на́шъ, и҆ нѣ́сть и҆зцѣле́нїѧ въ кончи́нѣ человѣ́честѣ, и҆ нѣ́сть позна́нъ возврати́выйсѧ ѿ а҆́да.

Рекоша бо в себе помышляющии неправо: мал есть и печален живот наш, и несть изцеления в кончине человечесте, и несть познан возвративыйся от ада.

Неправо умствующие говорили сами в себе: «коротка и прискорбна наша жизнь, и нет человеку спасения от смерти, и не знают, чтобы кто освободил из ада.

2:2

Ꙗ҆́кѡ самослꙋча́йнѡ рожде́ни є҆смы̀, и҆ по се́мъ бꙋ́демъ ꙗ҆́коже не бы́вше: поне́же ды́мъ дыха́нїе въ но́здрехъ на́шихъ, и҆ сло́во и҆́скра въ движе́нїи се́рдца на́шегѡ:

яко самослучайно рождени есмы, и по сем будемъ якоже не бывше: понеже дым дыхание в ноздрех наших, и слово искра в движении сердца нашего:

Случайно мы рождены и после будем как небывшие: дыхание в ноздрях наших — дым, и слово — искра в движении нашего сердца.

2:3

є҆́йже ᲂу҆га́сшей пе́пелъ бꙋ́детъ тѣ́ло, и҆ дꙋ́хъ на́шъ разлїе́тсѧ ꙗ҆́кѡ мѧ́гкїй воздꙋ́хъ,

ейже угасшей пепел будет тело, и дух нашъ разлиется яко мягкий воздух,

Когда она угаснет, тело обратится в прах, и дух рассеется, как жидкий воздух;

2:4

и҆ и҆́мѧ на́ше забве́но бꙋ́детъ во вре́мѧ, и҆ никто́же воспомѧне́тъ дѣ́лъ на́шихъ: и҆ пре́йдетъ живо́тъ на́шъ ꙗ҆́кѡ слѣды̀ ѡ҆́блака, и҆ ꙗ҆́кѡ мгла̀ разрꙋши́тсѧ, разгна́наѧ ѿ лꙋ̑чь со́лнечныхъ и҆ теплото́ю є҆гѡ̀ ѡ҆тѧгчи́вшисѧ.

и имя наше забвено будет во время, и никтоже воспомянетъ дел наших: и прейдет живот наш яко следы облака, и яко мгла разрушится, разгнаная от лучь солнечныхъ и теплотою его отягчившися.

и имя наше забудется со временем, и никто не вспомнит о делах наших; и жизнь наша пройдет, как след облака, и рассеется, как туман, разогнанный лучами солнца и отягченный теплотою его.

2:5

Стѣ́ни бо прехо́дъ житїѐ на́ше, и҆ нѣ́сть возвраще́нїѧ кончи́ны на́шеѧ: ꙗ҆́кѡ запеча́тана є҆́сть, и҆ никто̀ возвраща́етсѧ.

Стени бо преход житие наше, и несть возвращения кончины нашея: яко запечатана есть, и никто возвращается.

Ибо жизнь наша — прохождение тени, и нет нам возврата от смерти: ибо положена печать, и никто не возвращается.

2:6

Прїиди́те ᲂу҆̀бо и҆ наслади́мсѧ настоѧ́щихъ благи́хъ, и҆ ᲂу҆потреби́мъ созда́нїѧ, ꙗ҆́кѡ въ ю҆́ности ско́рѡ:

Приидите убо и насладимся настоящих благих, и употребим создания, яко в юности скоро:

Будем же наслаждаться настоящими благами и спешить пользоваться миром, как юностью;

2:7

вїна̀ дража́йшагѡ и҆ мѵ́ра (благово́нна) и҆спо́лнимсѧ, и҆ да не пре́йдетъ на́съ цвѣ́тъ житїѧ̀:

вина дражайшаго и мира (благовонна) исполнимся, и да не прейдет нас цвет жития:

преисполнимся дорогим вином и благовониями, и да не пройдет мимо нас весенний цвет жизни;

2:8

ᲂу҆вѣнча́имъ на́съ ши́пковыми цвѣ́ты, пре́жде не́же ᲂу҆вѧ́нꙋтъ:

увенчаим нас шипковыми цветы, прежде неже увянут:

увенчаемся цветами роз прежде, нежели они увяли;

2:9

ни є҆ди́нъ ѿ на́съ лише́нъ да бꙋ́детъ на́шегѡ наслажде́нїѧ, вездѣ̀ ѡ҆ста́вимъ зна́менїе весе́лїѧ, ꙗ҆́кѡ сїѧ̀ ча́сть на́ша и҆ жре́бїй се́й.

ни един от нас лишен да будет нашего наслаждения, везде оставим знамение веселия, яко сия часть наша и жребий сей.

никто из нас не лишай себя участия в нашем наслаждении; везде оставим следы веселья, ибо это наша доля и наш жребий.

2:10

Наси́лїе сотвори́мъ ᲂу҆бо́гꙋ првⷣномꙋ, не пощади́мъ вдови́цы, нижѐ ста́рца ᲂу҆стыди́мсѧ сѣди́нъ многолѣ́тныхъ.

Насилие сотворим убогу праведному, не пощадим вдовицы, ниже старца устыдимся седин многолетных.

Будем притеснять бедняка праведника, не пощадим вдовы и не постыдимся многолетних седин старца.

2:11

Да бꙋ́детъ же на́мъ крѣ́пость зако́нъ пра́вды: некрѣ́пкое бо неполе́зно ѡ҆брѣта́етсѧ.

Да будет же нам крепость закон правды: некрепкое бо неполезно обретается.

Сила наша да будет законом правды, ибо бессилие оказывается бесполезным.

2:12

Оу҆лови́мъ же (ле́стїю) првⷣнаго, ꙗ҆́кѡ непотре́бенъ на́мъ є҆́сть и҆ проти́витсѧ дѣлѡ́мъ на́шымъ, и҆ поно́ситъ на́мъ грѣхѝ зако́на и҆ ѕлосла́витъ на́мъ грѣхѝ ᲂу҆че́нїѧ на́шегѡ:

уловим же (лестию) праведнаго, яко непотребен намъ есть и противится делом нашим, и поносит намъ грехи закона и злославит нам грехи учения нашего:

Устроим ковы праведнику, ибо он в тягость нам и противится делам нашим, укоряет нас в грехах против закона и поносит нас за грехи нашего воспитания;

2:13

возвѣща́етъ на́мъ ра́зꙋмъ и҆мѣ́ти бж҃їй, и҆ ѻ҆́трока гдⷭ҇нѧ себѐ и҆менꙋ́етъ:

возвещает нам разум имети божий, и отрока господня себе именует:

объявляет себя имеющим познание о Боге и называет себя сыном Господа;

2:14

бы́сть на́мъ на ѡ҆бличе́нїе помышле́нїй на́шихъ:

бысть нам на обличение помышлений наших:

он пред нами — обличение помыслов наших.

2:15

тѧ́жекъ є҆́сть на́мъ и҆ къ видѣ́нїю, ꙗ҆́кѡ неподо́бно (є҆́сть) и҆ны̑мъ житїѐ є҆гѡ̀, и҆ ѿмѣ̑нны (сꙋ́ть) стєзѝ є҆гѡ̀:

тяжек есть нам и к видению, яко неподобно (есть) иным житие его, и отменны (суть) стези его:

Тяжело нам и смотреть на него, ибо жизнь его не похожа на жизнь других, и отличны пути его:

2:16

въ порꙋга́нїе вмѣни́хомсѧ є҆мꙋ̀, и҆ ᲂу҆далѧ́етесѧ ѿ пꙋті́й на́шихъ ꙗ҆́кѡ ѿ нечисто́тъ: блажи́тъ послѣ̑днѧѧ првⷣныхъ и҆ сла́витсѧ ѻ҆ц҃а̀ и҆мѣ́ти (себѣ̀) бг҃а.

в поругание вменихомся ему, и удаляетеся от путий наших яко от нечистот: блажит последняя праведныхъ и славится отца имети (себе) бога.

он считает нас мерзостью и удаляется от путей наших, как от нечистот, ублажает кончину праведных и тщеславно называет отцом своим Бога.

2:17

Оу҆ви́димъ, а҆́ще словеса̀ є҆гѡ̀ и҆́стинна, и҆ и҆скꙋ́симъ ꙗ҆̀же сбꙋ́дꙋтсѧ є҆мꙋ̀.

увидим, аще словеса его истинна, и искусимъ яже сбудутся ему.

Увидим, истинны ли слова его, и испытаем, какой будет исход его;

2:18

А҆́ще бо є҆́сть и҆́стинный сы́нъ бж҃їй, защи́титъ є҆го̀ и҆ и҆зба́витъ є҆го̀ ѿ рꙋкѝ проти́вѧщихсѧ.

Аще бо есть истинный сын божий, защитит его и избавит его от руки противящихся.

ибо если этот праведник есть сын Божий, то Бог защитит его и избавит его от руки врагов.

2:19

Досажде́нїемъ и҆ мꙋ́кою и҆стѧ́жимъ є҆го̀, да ᲂу҆вѣ́мы кро́тость є҆гѡ̀ и҆ и҆скꙋ́симъ безѕло́бство є҆гѡ̀:

Досаждением и мукою истяжим его, да увемы кротость его и искусим беззлобство его:

Испытаем его оскорблением и мучением, дабы узнать смирение его и видеть незлобие его;

2:20

сме́ртїю поно́сною ѡ҆сꙋ́димъ є҆го̀, бꙋ́детъ бо є҆мꙋ̀ разсмотре́нїе ѿ слове́съ є҆гѡ̀.

смертию поносною осудим его, будет бо ему разсмотрение от словес его.

осудим его на бесчестную смерть, ибо, по словам его, о нем попечение будет».

2:21

Сїѧ̑ помы́слиша и҆ прельсти́шасѧ: ѡ҆слѣпи́ бо и҆̀хъ ѕло́ба и҆́хъ,

Сия помыслиша и прельстишася: ослепи бо их злоба их,

Так они умствовали, и ошиблись; ибо злоба их ослепила их,

2:22

и҆ не ᲂу҆вѣ́дѣша та̑инъ бж҃їихъ, нижѐ мзды̀ ᲂу҆пова́ша преподо́бїѧ, нижѐ присꙋди́ша че́сти дꙋша́мъ непорѡ́чнымъ.

и не уведеша таин божиих, ниже мзды уповаша преподобия, ниже присудиша чести душам непорочным.

и они не познали тайн Божиих, не ожидали воздаяния за святость и не считали достойными награды душ непорочных.

2:23

Ꙗ҆́кѡ бг҃ъ созда̀ человѣ́ка въ неистлѣ́нїе и҆ во ѡ҆́бразъ подо́бїѧ своегѡ̀ сотворѝ є҆го̀:

яко бог созда человека в неистление и во образъ подобия своего сотвори его:

Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего;

2:24

за́вистїю же дїа́волею сме́рть вни́де въ мі́ръ: вкꙋша́ютъ же ю҆̀, и҆̀же ѿ є҆ѧ̀ ча́сти сꙋ́ть.

завистию же диаволею смерть вниде в мир: вкушаютъ же ю, иже от ея части суть.

но завистью диавола вошла в мир смерть, и испытывают ее принадлежащие к уделу его.

Глава 3

3:1

Првⷣныхъ не дꙋ́ши въ рꙋцѣ̀ бж҃їей, и҆ не прико́снетсѧ и҆́хъ мꙋ́ка.

праведных не души в руце божией, и не прикоснется их мука.

А души праведных в руке Божией, и мучение не коснется их.

3:2

Непщева́ни бы́ша во ѻ҆́чїю безꙋ́мныхъ ᲂу҆мре́ти, и҆ вмѣни́сѧ ѡ҆ѕлобле́нїе и҆схо́дъ и҆́хъ,

Непщевани быша во очию безумных умрети, и вменися озлобление исход их,

В глазах неразумных они казались умершими, и исход их считался погибелью,

3:3

и҆ є҆́же ѿ на́съ ше́ствїе сокрꙋше́нїе: ѻ҆ни́ же сꙋ́ть въ ми́рѣ.

и еже от нас шествие сокрушение: они же суть в мире.

и отшествие от нас — уничтожением; но они пребывают в мире.

3:4

И҆́бо пред̾ лице́мъ человѣ́ческимъ а҆́ще и҆ мꙋ́кꙋ прїи́мꙋтъ, ᲂу҆пова́нїе и҆́хъ безсме́ртїѧ и҆спо́лнено:

Ибо пред лицем человеческим аще и муку приимут, упование их безсмертия исполнено:

Ибо, хотя они в глазах людей и наказываются, но надежда их полна бессмертия.

3:5

и҆ вма́лѣ нака́зани бы́вше, вели́кими благодѣ́телствовани бꙋ́дꙋтъ, ꙗ҆́кѡ бг҃ъ и҆скꙋсѝ и҆̀хъ и҆ ѡ҆брѣ́те и҆̀хъ достѡ́йны себѣ̀:

и вмале наказани бывше, великими благодетелствовани будут, яко бог искуси их и обрете их достойны себе:

И немного наказанные, они будут много облагодетельствованы, потому что Бог испытал их и нашел их достойными Его.

3:6

ꙗ҆́кѡ зла́то въ горни́лѣ и҆скꙋсѝ и҆̀хъ, и҆ ꙗ҆́кѡ всепло́дїе же́ртвенное прїѧ́тъ ѧ҆̀.

яко злато в горниле искуси их, и яко всеплодие жертвенное прият я.

Он испытал их как золото в горниле и принял их как жертву всесовершенную.

3:7

И҆ во вре́мѧ посѣще́нїѧ и҆́хъ возсїѧ́ютъ, и҆ ꙗ҆́кѡ и҆́скры по сте́блїю потекꙋ́тъ:

И во время посещения их возсияют, и яко искры по стеблию потекут:

Во время воздаяния им они воссияют как искры, бегущие по стеблю.

3:8

сꙋ́дѧтъ ꙗ҆зы́кѡмъ и҆ ѡ҆блада́ютъ людьмѝ, и҆ воцр҃и́тсѧ въ ни́хъ гдⷭ҇ь во вѣ́ки.

судят языком и обладают людьми, и воцарится въ них господь во веки.

Будут судить племена и владычествовать над народами, а над ними будет Господь царствовать вовеки.

3:9

Надѣ́ющїисѧ на́нь ᲂу҆разꙋмѣ́ютъ и҆́стинꙋ, и҆ вѣ́рнїи въ любвѝ пребꙋ́дꙋтъ є҆мꙋ̀, ꙗ҆́кѡ блгⷣть и҆ млⷭ҇ть въ прпⷣбныхъ є҆гѡ̀ и҆ посѣще́нїе во и҆збра́нныхъ є҆гѡ̀.

Надеющиися нань уразумеют истину, и вернии въ любви пребудут ему, яко благодать и милость в преподобныхъ его и посещение во избранных его.

Надеющиеся на Него познают истину, и верные в любви пребудут у Него; ибо благодать и милость со святыми Его и промышление об избранных Его.

3:10

Нечести́вїи же, ꙗ҆́кѡ помы́слиша, прїи́мꙋтъ запреще́нїе, и҆̀же неради́вшїи ѡ҆ првⷣнѣмъ и҆ ѿ гдⷭ҇а ѿстꙋпи́вше.

Нечестивии же, яко помыслиша, приимут запрещение, иже нерадившии о праведнем и от господа отступивше.

Нечестивые же, как умствовали, так и понесут наказание за то, что презрели праведного и отступили от Господа.

3:11

Премꙋ́дрость бо и҆ наказа́нїе ᲂу҆ничижа́ѧй ѡ҆каѧ́ненъ, и҆ пра́здно ᲂу҆пова́нїе и҆́хъ, и҆ трꙋды̀ безплѡ́дны, и҆ неключи̑ма дѣла̀ и҆́хъ:

Премудрость бо и наказание уничижаяй окаянен, и праздно упование их, и труды безплодны, и неключима дела их:

Ибо презирающий мудрость и наставление несчастен, и надежда их суетна, и труды бесплодны, и дела их непотребны.

3:12

жєны̀ и҆́хъ безꙋ̑мны и҆ лꙋка̑ва ча̑да и҆́хъ, про́клѧто рожде́нїе и҆́хъ.

жены их безумны и лукава чада их, проклято рождение их.

Жены их несмысленны, и дети их злы, проклят род их.

3:13

Ꙗ҆́кѡ блаже́на є҆́сть непло́ды неѡскверне́наѧ, ꙗ҆́же не позна̀ ло́жа во грѣсѣ̀, и҆мѣ́ти бꙋ́детъ пло́дъ въ посѣще́нїи дꙋ́шъ:

яко блажена есть неплоды неоскверненая, яже не позна ложа во гресе, имети будет плод в посещении душ:

Блаженна неплодная неосквернившаяся, которая не познала беззаконного ложа; она получит плод при воздаянии святых душ.

3:14

и҆ є҆ѵнꙋ́хъ, и҆́же не содѣ́ла въ рꙋкꙋ̀ (своє́ю) беззако́нїѧ, нижѐ помы́сли на гдⷭ҇а лꙋка̑ваѧ, да́стсѧ бо є҆мꙋ̀ вѣ́ры благода́ть и҆збра́нна и҆ жре́бїй во хра́мѣ гдⷭ҇ни ᲂу҆го́днѣйшїй.

и евнух, иже не содела в руку (своею) беззакония, ниже помысли на господа лукавая, дастся бо ему веры благодать избранна и жребий во храме господни угоднейший.

Блажен и евнух, не сделавший беззакония рукою и не помысливший лукавого против Господа, ибо дастся ему особенная благодать веры и приятнейший жребий в храме Господнем.

3:15

Благи́хъ бо трꙋдѡ́въ пло́дъ благосла́венъ, и҆ не ѿпа́дающь ко́рень ра́зꙋма.

Благих бо трудов плод благославен, и не отпадающь корень разума.

Плод добрых трудов славен, и корень мудрости неподвижен.

3:16

Ча̑да же прелюбодѣ́євъ несовершє́на бꙋ́дꙋтъ, и҆ ѿ законопрестꙋ́пнагѡ ло́жа сѣ́мѧ и҆зче́знетъ:

Чада же прелюбодеев несовершена будут, и от законопреступнаго ложа семя изчезнет:

Дети прелюбодеев будут несовершенны, и семя беззаконного ложа исчезнет.

3:17

а҆́ще бо долгоживо́тни бꙋ́дꙋтъ, ни во что́же вмѣнѧ́тсѧ, и҆ безче́стна на послѣ́докъ ста́рость и҆́хъ:

аще бо долгоживотни будут, ни во чтоже вменятся, и безчестна на последок старость их:

Если и будут они долгожизненны, но будут почитаться за ничто, и поздняя старость их будет без почета.

3:18

а҆́ще же ско́рѡ сконча́ютсѧ, не бꙋ́дꙋтъ и҆мѣ́ти ᲂу҆пова́нїѧ, нижѐ въ де́нь сꙋда̀ ᲂу҆тѣше́нїѧ:

аще же скоро скончаются, не будут имети упования, ниже в день суда утешения:

А если скоро умрут, не будут иметь надежды и утешения в день суда;

3:19

ро́да бо непра́веднагѡ лю̑таѧ ѡ҆конча̑нїѧ.

рода бо неправеднаго лютая окончания.

ибо ужасен конец неправедного рода.

Глава 4

4:1

Лꙋ́чше безча́дство со добродѣ́телїю: безсме́ртїе бо є҆́сть въ па́мѧти є҆ѧ̀, ꙗ҆́кѡ и҆ пред̾ бг҃омъ позна́етсѧ и҆ пред̾ человѣ̑ки:

Лучше безчадство со добродетелию: безсмертие бо есть в памяти ея, яко и пред богом познается и пред человеки:

Лучше бездетность с добродетелью, ибо память о ней бессмертна: она признается и у Бога и у людей.

4:2

присꙋ́щꙋю бо подража́ютъ ю҆̀ и҆ жела́ютъ ѿше́дшїѧ, и҆ въ вѣ́цѣ вѣнцено́снѡ чти́тсѧ нескве́рныхъ по́двигѡвъ бра́нь ѡ҆долѣ́вши.

присущую бо подражают ю и желают отшедшия, и въ веце венценосно чтится нескверных подвигов брань одолевши.

Когда она присуща, ей подражают, а когда отойдет, стремятся к ней: и в вечности увенчанная она торжествует, как одержавшая победу непорочными подвигами.

4:3

Многопло́дно же нечести́выхъ мно́жество неключи́мо бꙋ́детъ, и҆ прелюбодѣ̑йнаѧ насаждє́нїѧ не дадꙋ́тъ коре́нїѧ въ глꙋбинꙋ̀, нижѐ крѣ́пко стоѧ́нїе сотворѧ́тъ:

Многоплодно же нечестивых множество неключимо будет, и прелюбодейная насаждения не дадут корения в глубину, ниже крепко стояние сотворят:

А плодородное множество нечестивых не принесет пользы, и прелюбодейные отрасли не дадут корней в глубину и не достигнут незыблемого основания;

4:4

а҆́ще бо и҆ вѣ̑тви на вре́мѧ процвѣтꙋ́тъ, не крѣ́пкѡ возше́дше ѿ вѣ́тра поколе́блютсѧ и҆ ѿ ѕѣ́лныхъ вѣ́трѡвъ и҆скоренѧ́тсѧ:

аще бо и ветви на время процветут, не крепко возшедше от ветра поколеблются и от зелных ветров искоренятся:

и хотя на время позеленеют в ветвях, но, не имея твердости, поколеблются от ветра и порывом ветров искоренятся;

4:5

сокрꙋша́тсѧ вѣ̑тви несовершє́нны, и҆ пло́дъ и҆́хъ неключи́мь, ѡ҆ско́менъ въ снѣ́дь, и҆ ни во что̀ потре́бенъ.

сокрушатся ветви несовершенны, и плод их неключимь, оскомен в снедь, и ни во что потребен.

некрепкие ветви переломятся, и плод их будет бесполезен, незрел для пищи и ни к чему не годен;

4:6

Ѿ беззако́нныхъ бо снѡ́въ ча̑да ражда́ємаѧ свидѣ́телїе сꙋ́ть лꙋка́вствїѧ на роди́тєли во и҆спыта́нїи и҆́хъ.

от беззаконных бо снов чада раждаемая свидетелие суть лукавствия на родители во испытании их.

ибо дети, рождаемые от беззаконных сожитий, суть свидетели разврата против родителей при допросе их.

4:7

Првⷣникъ же а҆́ще пости́гнетъ сконча́тисѧ, въ поко́и бꙋ́детъ:

праведник же аще постигнет скончатися, в покои будет:

А праведник, если и рановременно умрет, будет в покое,

4:8

ста́рость бо честна̀ не многолѣ́тна, нижѐ въ числѣ̀ лѣ́тъ и҆зчита́етсѧ:

старость бо честна не многолетна, ниже в числе летъ изчитается:

ибо не в долговечности честная старость и не числом лет измеряется:

4:9

сѣди́на же є҆́сть мꙋ́дрость человѣ́кѡмъ, и҆ во́зрастъ ста́рости житїѐ нескве́рно.

седина же есть мудрость человеком, и возраст старости житие нескверно.

мудрость есть седина для людей, и беспорочная жизнь — возраст старости.

4:10

Бл҃гоꙋго́денъ бг҃ови бы́въ, возлю́бленъ бы́сть, и҆ живы́й посредѣ̀ грѣ́шныхъ преста́вленъ бы́сть:

благоугоден богови быв, возлюблен бысть, и живый посреде грешных преставлен бысть:

Как благоугодивший Богу, он возлюблен, и, как живший посреди грешников, преставлен,

4:11

восхище́нъ бы́сть, да не ѕло́ба и҆змѣни́тъ ра́зꙋмъ є҆гѡ̀, и҆лѝ ле́сть прельсти́тъ дꙋ́шꙋ є҆гѡ̀.

восхищен бысть, да не злоба изменит разум его, или лесть прельстит душу его.

восхищен, чтобы злоба не изменила разума его, или коварство не прельстило души его.

4:12

Раче́нїе бо ѕло́бы помрача́етъ дѡ́браѧ, и҆ паре́нїе по́хоти премѣнѧ́етъ ᲂу҆́мъ неѕло́бивъ.

Рачение бо злобы помрачает добрая, и парение похоти пременяет ум незлобив.

Ибо упражнение в нечестии помрачает доброе, и волнение похоти развращает ум незлобивый.

4:13

Сконча́всѧ вма́лѣ и҆спо́лни лѣ̑та дѡ́лга:

Скончався вмале исполни лета долга:

Достигнув совершенства в короткое время, он исполнил долгие лета;

4:14

ᲂу҆го́дна бо бѣ̀ гдⷭ҇еви дꙋша̀ є҆гѡ̀, сегѡ̀ ра́ди потща́сѧ ѿ среды̀ лꙋка́вствїѧ:

угодна бо бе господеви душа его, сего ради потщася от среды лукавствия:

ибо душа его была угодна Господу, потому и ускорил он из среды нечестия. А люди видели это и не поняли, даже и не подумали о том,

4:15

лю́дїе же ви́дѣвше и҆ не разꙋмѣ́вше, нижѐ поло́жше въ помышле́нїи таково́е, ꙗ҆́кѡ блгⷣть и҆ млⷭ҇ть въ прпⷣбныхъ є҆гѡ̀ и҆ посѣще́нїе во и҆збра́нныхъ є҆гѡ̀.

людие же видевше и не разумевше, ниже положше въ помышлении таковое, яко благодать и милость в преподобныхъ его и посещение во избранных его.

что благодать и милость со святыми Его и промышление об избранных Его.

4:16

Ѡ҆сꙋ́дитъ же првⷣникъ ᲂу҆мира́ѧй живы́хъ нечести́выхъ, и҆ ю҆́ность сконча́вшаѧсѧ ско́рѡ долголѣ́тнꙋю ста́рость непра́веднагѡ.

осудит же праведник умираяй живых нечестивых, и юность скончавшаяся скоро долголетную старость неправеднаго.

Праведник, умирая, осудит живых нечестивых, и скоро достигшая совершенства юность — долголетнюю старость неправедного;

4:17

Оу҆́зрѧтъ бо кончи́нꙋ премꙋ́драгѡ и҆ не ᲂу҆разꙋмѣ́ютъ, что̀ ᲂу҆совѣ́това ѡ҆ не́мъ и҆ во что̀ ᲂу҆твердѝ є҆го̀ гдⷭ҇ь:

узрят бо кончину премудраго и не уразумеют, что усоветова о нем и во что утверди его господь:

ибо они увидят кончину мудрого и не поймут, что Господь определил о нем и для чего поставил его в безопасность;

4:18

ᲂу҆́зрѧтъ и҆ ᲂу҆ничижа́тъ є҆го̀, гдⷭ҇ь же посмѣе́тсѧ и҆̀мъ:

узрят и уничижат его, господь же посмеется им:

они увидят и уничтожат его, но Господь посмеется им;

4:19

и҆ бꙋ́дꙋтъ посе́мъ въ паде́нїе безче́стно и҆ во ᲂу҆кори́знꙋ въ ме́ртвыхъ въ вѣ́къ: ꙗ҆́кѡ расто́ргнетъ и҆̀хъ безгла̑сны ни́цъ и҆ поколе́блетъ и҆̀хъ ѿ ѡ҆снова́нїй, и҆ да́же до послѣ́днихъ ѡ҆пꙋстѣ́ютъ и҆ бꙋ́дꙋтъ въ болѣ́зни, и҆ па́мѧть и҆̀хъ поги́бнетъ:

и будут посем в падение безчестно и во укоризну в мертвых в век: яко расторгнет их безгласны ниц и поколеблет их от оснований, и даже до последнихъ опустеют и будут в болезни, и память их погибнет:

и после сего будут они бесчестным трупом и позором между умершими навек, ибо Он повергнет их ниц безгласными и сдвинет их с оснований, и они вконец запустеют и будут в скорби, и память их погибнет;

4:20

прїи́дꙋтъ въ помышле́нїе грѣхѡ́въ свои́хъ боѧзли́вїи, и҆ ѡ҆блича́тъ и҆̀хъ проти́вꙋ беззакѡ́нїѧ и҆́хъ.

приидут в помышление грехов своих боязливии, и обличат их противу беззакония их.

в сознании грехов своих они предстанут со страхом, и беззакония их осудят их в лице их.

Глава 5

5:1

Тогда̀ ста́нетъ во дерзнове́нїи мно́зѣ првⷣникъ пред̾ лице́мъ ѡ҆скорби́вшихъ є҆го̀ и҆ ѿмета́ющихъ трꙋды̀ є҆гѡ̀:

Тогда станет во дерзновении мнозе праведник предъ лицем оскорбивших его и отметающих труды его:

Тогда праведник с великим дерзновением станет пред лицем тех, которые оскорбляли его и презирали подвиги его;

5:2

ви́дѧщїи смѧтꙋ́тсѧ стра́хомъ тѧ́жкимъ и҆ ᲂу҆жа́снꙋтсѧ ѡ҆ пресла́внѣмъ спасе́нїи є҆гѡ̀,

видящии смятутся страхом тяжким и ужаснутся о преславнем спасении его,

они же, увидев, смутятся великим страхом и изумятся неожиданности спасения его

5:3

и҆ рекꙋ́тъ въ себѣ̀ ка́ющесѧ и҆ въ тѣснотѣ̀ дꙋ́ха воздыха́юще: се́й бѣ̀, є҆го́же и҆мѣ́хомъ нѣ́когда въ посмѣ́хъ и҆ въ при́тчꙋ поноше́нїѧ.

и рекут в себе кающеся и в тесноте духа воздыхающе: сей бе, егоже имехом некогда в посмех и въ притчу поношения.

и, раскаиваясь и воздыхая от стеснения духа, будут говорить сами в себе: «это тот самый, который был у нас некогда в посмеянии и притчею поругания.

5:4

Безꙋ́мнїи, житїѐ є҆гѡ̀ вмѣни́хомъ неи́стово и҆ кончи́нꙋ є҆гѡ̀ безче́стнꙋ:

Безумнии, житие его вменихом неистово и кончину его безчестну:

Безумные, мы почитали жизнь его сумасшествием и кончину его бесчестною!

5:5

ка́кѡ вмѣни́сѧ въ сн҃ѣ́хъ бж҃їихъ, и҆ во ст҃ы́хъ жре́бїй є҆гѡ̀ є҆́сть;

како вменися в сынех божиих, и во святых жребий его есть?

Как же он причислен к сынам Божиим, и жребий его — со святыми?

5:6

ⷱ҇И҆́бо заблꙋди́хомъ ѿ пꙋтѝ и҆́стиннагѡ, и҆ пра́вды свѣ́тъ не ѡ҆блиста̀ на́мъ, и҆ со́лнце не возсїѧ̀ на́мъ:

Убо заблудихом от пути истиннаго, и правды светъ не облиста нам, и солнце не возсия нам:

Итак, мы заблудились от пути истины, и свет правды не светил нам, и солнце не озаряло нас.

5:7

беззако́нныхъ и҆спо́лнихомсѧ сте́зь и҆ поги́бели и҆ ходи́хомъ въ пꙋсты̑ни непроходи̑мыѧ, пꙋти́ же гдⷭ҇нѧ не ᲂу҆вѣ́дѣхомъ.

беззаконных исполнихомся стезь и погибели и ходихомъ в пустыни непроходимыя, пути же господня не уведехом.

Мы преисполнились делами беззакония и погибели и ходили по непроходимым пустыням, а пути Господня не познали.

5:8

Что̀ по́льзова на́мъ горды́нѧ, и҆ бога́тство съ велича́нїемъ что̀ воздадѐ на́мъ;

Что пользова нам гордыня, и богатство с величаниемъ что воздаде намъ?

Какую пользу принесло нам высокомерие, и что доставило нам богатство с тщеславием?

5:9

Преидо́ша всѧ̑ ѡ҆́на ꙗ҆́кѡ сѣ́нь и҆ ꙗ҆́кѡ вѣ́сть претека́ющаѧ.

Преидоша вся она яко сень и яко весть претекающая.

Все это прошло как тень и как молва быстротечная.

5:10

Ꙗ҆́кѡ кора́бль преходѧ́й волнꙋ́ющꙋюсѧ во́дꙋ, є҆гѡ́же прохо́дꙋ нѣ́сть стопы̀ ѡ҆брѣстѝ, нижѐ стезѝ ше́ствїѧ є҆гѡ̀ въ волна́хъ:

яко корабль преходяй волнующуюся воду, егоже проходу несть стопы обрести, ниже стези шествия его въ волнах:

Как после прохождения корабля, идущего по волнующейся воде, невозможно найти следа, ни стези дна его в волнах;

5:11

и҆лѝ ꙗ҆́кѡ пти́цы, прелета́ющїѧ по а҆́ерꙋ, ни є҆ди́но ѡ҆брѣта́етсѧ зна́менїе пꙋтѝ, ꙗ҆́звою же смꙋща́ѧй бїе́мый дꙋ́хъ ле́гкїй, и҆ разсѣца́емый си́лою шꙋмѧ́щею движе́нїемъ кри́лъ прелетѣ̀, и҆ посе́мъ ни є҆ди́но зна́менїе ѡ҆брѣ́тесѧ прохо́дꙋ въ не́мъ:

или яко птицы, прелетающия по аеру, ни едино обретается знамение пути, язвою же смущаяй биемый духъ легкий, и разсецаемый силою шумящею движением крилъ прелете, и посем ни едино знамение обретеся проходу в нем:

или как от птицы, пролетающей по воздуху, никакого не остается знака ее пути, но легкий воздух, ударяемый крыльями и рассекаемый быстротою движения, пройден движущимися крыльями, и после того не осталось никакого знака прохождения по нему;

5:12

и҆лѝ ꙗ҆́кѡ стрѣло́ю и҆спꙋще́ною на намѣ́реное мѣ́сто разсѣ́ченный а҆́еръ внеза́пꙋ въ себѣ̀ самѣ́мъ заключе́нъ бы́сть, ꙗ҆́кѡ не позна́тисѧ прохо́дꙋ є҆ѧ̀:

или яко стрелою испущеною на намереное место разсеченный аер внезапу в себе самем заключен бысть, яко не познатися проходу ея:

или как от стрелы, пущенной в цель, разделенный воздух тотчас опять сходится, так что нельзя узнать, где прошла она;

5:13

та́кѡ и҆ мы̀ рожде́ни ѡ҆скꙋдѣ́хомъ и҆ добродѣ́тели ᲂу҆́бѡ ни є҆ди́нагѡ зна́менїѧ мо́жемъ показа́ти, во ѕло́бѣ же на́шей сконча́хомсѧ.

тако и мы рождени оскудехом и добродетели убо ни единаго знамения можем показати, во злобе же нашей скончахомся.

так и мы родились и умерли, и не могли показать никакого знака добродетели, но истощились в беззаконии нашем».

5:14

И҆́бо ᲂу҆пова́нїе нечести́вагѡ, ꙗ҆́кѡ пра́хъ ѿ вѣ́тра под̾е́млемый и҆ ꙗ҆́кѡ пѣ́на мѧ́гка ѿ бꙋ́ри расто́ргнена, и҆ ꙗ҆́кѡ ды́мъ ѿ вѣ́тра разлива́етсѧ и҆ ꙗ҆́кѡ па́мѧть прише́лца є҆ди́нагѡ днѐ пре́йде:

Ибо упование нечестиваго, яко прах от ветра подъемлемый и яко пена мягка от бури расторгнена, и яко дым от ветра разливается и яко память пришелца единаго дне прейде:

Ибо надежда нечестивого исчезает, как прах, уносимый ветром, и как тонкий иней, разносимый бурею, и как дым, рассеиваемый ветром, и проходит, как память об однодневном госте.

5:15

првⷣницы же во вѣ́ки живꙋ́тъ, и҆ во гдѣ̀ мзда̀ и҆́хъ, и҆ попече́нїе и҆́хъ ᲂу҆ вы́шнѧгѡ:

праведницы же во веки живут, и во где мзда их, и попечение их у вышняго:

А праведники живут вовеки; награда их — в Господе, и попечение о них — у Вышнего.

5:16

сегѡ̀ ра́ди прїи́мꙋтъ црⷭ҇твїе благолѣ́пїѧ и҆ вѣне́цъ добро́ты ѿ рꙋкѝ гдⷭ҇ни, ꙗ҆́кѡ десни́цею покры́етъ и҆̀хъ и҆ мы́шцею защи́титъ и҆̀хъ.

сего ради приимут царствие благолепия и венец доброты от руки господни, яко десницею покрыет их и мышцею защитит их.

Посему они получат царство славы и венец красоты от руки Господа, ибо Он покроет их десницею и защитит их мышцею.

5:17

Прїи́метъ всеѻрꙋ́жїе рве́нїе своѐ и҆ воѡрꙋжи́тъ тва́рь въ ме́сть врагѡ́мъ,

Приимет всеоружие рвение свое и вооружит тварь в месть врагом,

Он возьмет всеоружие — ревность Свою, и тварь вооружит к отмщению врагам;

5:18

ѡ҆блече́тсѧ въ брѡнѧ̀ пра́вды и҆ возложи́тъ шле́мъ сꙋ́дъ нелицемѣ́ренъ,

облечется в броня правды и возложит шлем суд нелицемерен,

облечется в броню — в правду, и возложит на Себя шлем — нелицеприятный суд;

5:19

прїи́метъ щи́тъ непобѣди́мый преподо́бїе,

приимет щит непобедимый преподобие,

возьмет непобедимый щит — святость;

5:20

поѡстри́тъ же напра́сный гнѣ́въ во ѻ҆рꙋ́жїе: спобо́ретъ же съ ни́мъ мі́ръ на безꙋ̑мныѧ.

поострит же напрасный гнев во оружие: споборетъ же с ним мир на безумныя.

строгий гнев Он изострит, как меч, и мир ополчится с Ним против безумцев.

5:21

По́йдꙋтъ праволꙋ̑чныѧ стрѣ́лы мѡ́лнїины, и҆ ꙗ҆́кѡ ѿ благокрꙋ́гла лꙋ́ка ѡ҆блакѡ́въ на намѣ́ренїе полетѧ́тъ:

Пойдут праволучныя стрелы молниины, и яко от благокругла лука облаков на намерение полетят:

Понесутся меткие стрелы молний и из облаков, как из туго натянутого лука, полетят в цель.

5:22

и҆ ѿ каменоме́тныѧ ꙗ҆́рости и҆спо́лнь падꙋ́тъ гра́ды: вознегодꙋ́етъ на ни́хъ вода̀ морска́ѧ, рѣ́ки же потопѧ́тъ на́глѡ:

и от каменометныя ярости исполнь падут грады: вознегодуетъ на них вода морская, реки же потопят нагло:

И, как из каменометного орудия, с яростью посыплется град; вознегодует на них вода морская и реки свирепо потопят их;

5:23

сопроти́въ ста́нетъ и҆̀мъ дꙋ́хъ си́лы, и҆ ꙗ҆́кѡ ви́хоръ развѣ́етъ и҆̀хъ:

сопротив станет им дух силы, и яко вихор развеетъ их:

восстанет против них дух силы и, как вихрь, развеет их.

5:24

и҆ ѡ҆пꙋстоши́тъ всю̀ зе́млю беззако́нїе, и҆ ѕлодѣ́йство преврати́тъ престо́лы си́льныхъ.

и опустошит всю землю беззаконие, и злодейство превратитъ престолы сильных.

Так беззаконие опустошит всю землю, и злодеяние ниспровергнет престолы сильных.

Глава 6

6:1

Слы́шите ᲂу҆̀бо, ца́рїе, и҆ разꙋмѣ́йте: наꙋчи́тесѧ, сꙋдїи̑ концє́въ землѝ:

Слышите убо, царие, и разумейте: научитеся, судии концев земли:

Итак, слушайте, цари, и разумейте, научитесь, судьи концов земли!

6:2

внꙋши́те, содержа́щїи мнѡ́жества и҆ гордѧ́щїисѧ ѡ҆ наро́дѣхъ ꙗ҆зы́кѡвъ:

внушите, содержащии множества и гордящиися о народехъ языков:

Внимайте, обладатели множества и гордящиеся пред народами!

6:3

ꙗ҆́кѡ дана̀ є҆́сть ѿ гдⷭ҇а держа́ва ва́мъ и҆ си́ла ѿ вы́шнѧгѡ, и҆́же и҆стѧ́жетъ дѣла̀ ва̑ша и҆ помышлє́нїѧ и҆спыта́етъ:

яко дана есть от господа держава вам и сила от вышняго, иже истяжет дела ваша и помышления испытает:

От Господа дана вам держава, и сила — от Вышнего, Который исследует ваши дела и испытает намерения.

6:4

ꙗ҆́кѡ слꙋзѝ сꙋ́ще црⷭ҇тва є҆гѡ̀ не сꙋди́сте пра́вѡ, ни сохрани́сте зако́на, нижѐ по во́ли бж҃їей ходи́сте.

яко слузи суще царства его не судисте право, ни сохранисте закона, ниже по воли божией ходисте.

Ибо вы, будучи служителями Его царства, не судили справедливо, не соблюдали закона и не поступали по воле Божией.

6:5

Стра́шнѡ и҆ ско́рѡ ꙗ҆ви́тсѧ ва́мъ: ꙗ҆́кѡ сꙋ́дъ жесточа́йшїй преимꙋ́щымъ быва́етъ,

Страшно и скоро явится вам: яко суд жесточайший преимущим бывает,

Страшно и скоро Он явится вам, — и строг суд над начальствующими,

6:6

и҆́бо ма́лый досто́инъ є҆́сть ми́лости, си́льнїи же си́льнѣ и҆стѧ́зани бꙋ́дꙋтъ.

ибо малый достоин есть милости, сильнии же сильне истязани будут.

ибо меньший заслуживает помилование, а сильные сильно будут истязаны.

6:7

Не щади́тъ бо лица̀ всѣ́хъ влⷣка, нижѐ ᲂу҆срами́тсѧ вельмо́жи, ꙗ҆́кѡ ма́ла и҆ вели́ка се́й сотворѝ, подо́бнѣ же проразꙋмѣва́етъ ѡ҆ всѣ́хъ:

Не щадит бо лица всех владыка, ниже усрамится вельможи, яко мала и велика сей сотвори, подобне же проразумевает о всех:

Господь всех не убоится лица и не устрашится величия, ибо Он сотворил и малого и великого и одинаково промышляет о всех;

6:8

держа̑внымъ же крѣ́пко настои́тъ и҆спыта́нїе.

державным же крепко настоит испытание.

но начальствующим предстоит строгое испытание.

6:9

Къ ва́мъ ᲂу҆̀бо, ѽⷩ҇̑, ца́рїе, словеса̀ моѧ̑, да наꙋчи́тесѧ премꙋ́дрости и҆ не паде́те:

К вам убо, о, царие, словеса моя, да научитеся премудрости и не падете:

Итак, к вам, цари, слова мои, чтобы вы научились премудрости и не падали.

6:10

и҆́бо сохранѧ́ющїи преподо́бнѣ преподѡ́бнаѧ преподо́бни бꙋ́дꙋтъ, и҆ и҆̀же наꙋчи́вшїисѧ си̑мъ, ѡ҆брѧ́щꙋтъ ѿвѣ́тъ.

ибо сохраняющии преподобне преподобная преподобни будут, и иже научившиися сим, обрящут ответ.

Ибо свято хранящие святое освятятся, и научившиеся тому найдут оправдание.

6:11

Возжелѣ́йте ᲂу҆̀бо слове́съ мои́хъ, возлюби́те и҆ накажи́тесѧ.

Возжелейте убо словес моих, возлюбите и накажитеся.

Итак, возжелайте слов моих, полюбите и научитесь.

6:12

Свѣтла̀ и҆ не ᲂу҆вѧда́ема є҆́сть премꙋ́дрость, и҆ ᲂу҆до́бнѡ ви́дитсѧ ѿ лю́бѧщихъ ю҆̀, и҆ ѡ҆брѧ́щетсѧ ѿ и҆́щꙋщихъ ю҆̀:

Светла и не увядаема есть премудрость, и удобно видится от любящих ю, и обрящется от ищущих ю:

Премудрость светла и неувядающа, и легко созерцается любящими ее, и обретается ищущими ее;

6:13

предварѧ́етъ жела́ющымъ пред̾ꙋвѣ́дѣтисѧ.

предваряет желающим предуведетися.

она даже упреждает желающих познать ее.

6:14

Оу҆́треневавый къ не́й не ᲂу҆трꙋди́тсѧ: присѣдѧ́щꙋю бо ѡ҆брѧ́щетъ при вратѣ́хъ свои́хъ.

утреневавый к ней не утрудится: приседящую бо обрящет при вратех своих.

С раннего утра ищущий ее не утомится, ибо найдет ее сидящею у дверей своих.

6:15

Є҆́же бо мы́слити ѡ҆ не́й, ра́зꙋма (є҆́сть) соверше́нство, и҆ бдѧ́й є҆ѧ̀ ра́ди вско́рѣ без̾ печа́ли бꙋ́детъ:

Еже бо мыслити о ней, разума (есть) совершенство, и бдяй ея ради вскоре без печали будет:

Помышлять о ней есть уже совершенство разума, и бодрствующий ради нее скоро освободится от забот,

6:16

ꙗ҆́кѡ досто́йныхъ є҆ѧ̀ сама̀ ѡ҆бхо́дитъ и҆́щꙋщи, и҆ на стезѧ́хъ показꙋ́етсѧ и҆̀мъ благопрїѧ́тнѡ, и҆ во все́мъ провидѣ́нїи срѣта́етъ и҆̀хъ.

яко достойных ея сама обходит ищущи, и на стезях показуется им благоприятно, и во всем провидении сретает их.

ибо она сама обходит и ищет достойных ее, и благосклонно является им на путях, и при всякой мысли встречается с ними.

6:17

Нача́ло бо є҆ѧ̀ и҆́стиннѣйшее наказа́нїѧ возжелѣ́нїе,

Начало бо ея истиннейшее наказания возжеление,

Начало ее есть искреннейшее желание учения,

6:18

попече́нїе же наказа́нїѧ любы̀, любы́ же хране́нїе зако́нѡвъ є҆ѧ̀,

попечение же наказания любы, любы же хранение законовъ ея,

а забота об учении — любовь, любовь же — хранение законов ее, а наблюдение законов — залог бессмертия,

6:19

хране́нїе же зако́нѡвъ ᲂу҆твержде́нїе нерастлѣ́нїѧ (є҆́сть), нерастлѣ́нїе же твори́тъ бли́з̾ бы́ти бг҃а:

хранение же законов утверждение нерастления (есть), нерастление же творит близ быти бога:

а бессмертие приближает к Богу;

6:20

возжелѣ́нїе ᲂу҆̀бо премꙋ́дрости возво́дитъ къ црⷭ҇твꙋ (вѣ́чномꙋ).

возжеление убо премудрости возводит к царству (вечному).

поэтому желание премудрости возводит к царству.

6:21

А҆́ще ᲂу҆̀бо наслажда́етесѧ престо́лами и҆ ски̑птры, ѽⷩ҇̑, ца́рїе люді́й, почти́те премꙋ́дрость, да во вѣ́ки ца́рствꙋете.

Аще убо наслаждаетеся престолами и скиптры, о, царие людий, почтите премудрость, да во веки царствуете.

Итак, властители народов, если вы услаждаетесь престолами и скипетрами, то почтите премудрость, чтобы вам царствовать вовеки.

6:22

Что́ же є҆́сть премꙋ́дрость, и҆ ка́кѡ бы́сть, возвѣщꙋ̀,

Что же есть премудрость, и како бысть, возвещу,

Что же есть премудрость, и как она произошла, я возвещу,

6:23

и҆ не ᲂу҆таю̀ ѿ ва́съ та̑инъ, но ѿ нача́ла рожде́нїѧ и҆зслѣ́ждꙋ,

и не утаю от вас таин, но от начала рождения изслежду,

и не скрою от вас тайн, но исследую от начала рождения,

6:24

и҆ положꙋ̀ на свѣ́тъ ра́зꙋмъ є҆ѧ̀ и҆ не преминꙋ́ю и҆́стины,

и положу на свет разум ея и не преминую истины,

и открою познание ее, и не миную истины;

6:25

нижѐ за́вистїю та́ющемꙋ спꙋ́тьствꙋю, ꙗ҆́кѡ се́й не бꙋ́детъ прича́стникъ премꙋ́дрости.

ниже завистию тающему спутьствую, яко сей не будетъ причастник премудрости.

и не пойду вместе с истаевающим от зависти, ибо таковой не будет причастником премудрости.

6:26

Мно́жество же премꙋ́дрыхъ спасе́нїе мі́рꙋ, и҆ ца́рь премꙋ́дръ ᲂу҆твержде́нїе лю́демъ.

Множество же премудрых спасение миру, и царь премудръ утверждение людем.

Множество мудрых — спасение миру, и царь разумный — благосостояние народа.

6:27

Сегѡ̀ ра́ди прїими́те наказа́нїе по словесє́мъ мои̑мъ, и҆ поле́зно бꙋ́детъ ва́мъ.

Сего ради приимите наказание по словесем моим, и полезно будет вам.

Итак учитесь от слов моих, и получите пользу.

Глава 7

7:1

Є҆́смь бо и҆ а҆́зъ человѣ́къ сме́ртенъ, подо́бенъ всѣ̑мъ и҆ земноро́днагѡ внꙋ́къ первозда́ннагѡ:

Есмь бо и аз человек смертен, подобен всемъ и земнороднаго внук первозданнаго:

И я человек смертный, подобный всем, потомок первозданного земнородного.

7:2

и҆ во чре́вѣ ма́терни и҆з̾ѡбрази́хсѧ пло́ть, въ десѧтомѣ́сѧчнѣмъ вре́мени согꙋсти́всѧ въ кро́ви ѿ сѣ́мене мꙋ́жеска и҆ ᲂу҆слажде́нїѧ сно́мъ соше́дшагѡсѧ.

и во чреве матерни изобразихся плоть, в десятомесячнемъ времени согустився в крови от семене мужеска и услаждения сном сошедшагося.

И я в утробе матерней образовался в плоть в десятимесячное время, сгустившись в крови от семени мужа и услаждения, соединенного со сном,

7:3

И҆ а҆́зъ рожде́нъ воспрїѧ́хъ ѻ҆́бщагѡ а҆́ера и҆ на подобостра́стнꙋю зе́млю спадо́хъ, пе́рвый гла́съ подо́бный всѣ̑мъ и҆спꙋсти́хъ пла́ча:

И аз рожден восприях общаго аера и на подобострастную землю спадох, первый глас подобный всем испустихъ плача:

и я, родившись, начал дышать общим воздухом и ниспал на ту же землю, первый голос обнаружил плачем одинаково со всеми,

7:4

въ пелена́хъ воскормле́нъ є҆́смь, и҆ съ (вели́кимъ) прилѣжа́нїемъ:

в пеленах воскормлен есмь, и с (великимъ) прилежанием:

вскормлен в пеленах и заботах;

7:5

ни є҆ди́нъ бо ца́рь и҆́но и҆мѣ̀ рожде́нїѧ нача́ло,

ни един бо царь ино име рождения начало,

ибо ни один царь не имел иного начала рождения:

7:6

є҆ди́нъ бо вхо́дъ всѣ̑мъ є҆́сть въ житїѐ, подо́бенъ же и҆ и҆схо́дъ.

един бо вход всем есть в житие, подобенъ же и исход.

один для всех вход в жизнь и одинаковый исход.

7:7

Сегѡ̀ ра́ди помоли́хсѧ, и҆ да́нъ бы́сть мнѣ̀ ра́зꙋмъ: призва́хъ, и҆ прїи́де на мѧ̀ дꙋ́хъ премꙋ́дрости.

Сего ради помолихся, и дан бысть мне разум: призвах, и прииде на мя дух премудрости.

Посему я молился, и дарован мне разум; я взывал, и сошел на меня дух премудрости.

7:8

Предсꙋди́хъ ю҆̀ па́че ски́птрѡвъ и҆ престо́лѡвъ, и҆ бога́тство ничто́же вмѣни́хъ ко сравне́нїю тоѧ̀,

Предсудих ю паче скиптров и престолов, и богатство ничтоже вмених ко сравнению тоя,

Я предпочел ее скипетрам и престолам и богатство почитал за ничто в сравнении с нею;

7:9

нижѐ ᲂу҆подо́бихъ є҆ѧ̀ ка́меню драгоцѣ́нномꙋ, ꙗ҆́кѡ всѐ зла́то пред̾ не́ю песо́къ ма́лый, и҆ ꙗ҆́кѡ бре́нїе вмѣни́тсѧ пред̾ не́ю сребро̀:

ниже уподобих ея каменю драгоценному, яко все злато пред нею песок малый, и яко брение вменится пред нею сребро:

драгоценного камня я не сравнил с нею, потому что перед нею все золото — ничтожный песок, а серебро — грязь в сравнении с нею.

7:10

па́че здра́вїѧ и҆ красоты̀ возлюби́хъ ю҆̀ и҆ пред̾избра́хъ ю҆̀ вмѣ́стѡ свѣ́та и҆мѣ́ти, ꙗ҆́кѡ неꙋгаса́емо є҆́сть блиста́нїе є҆ѧ̀.

паче здравия и красоты возлюбих ю и предызбрахъ ю вместо света имети, яко неугасаемо есть блистание ея.

Я полюбил ее более здоровья и красоты и избрал ее предпочтительно перед светом, ибо свет ее неугасим.

7:11

Прїидо́ша же мнѣ̀ блага̑ѧ всѧ̑ вкꙋ́пѣ съ не́ю и҆ безчи́слено бога́тство рꙋка́ма є҆ѧ̀:

Приидоша же мне благая вся вкупе с нею и безчислено богатство рукама ея:

А вместе с нею пришли ко мне все блага и несметное богатство через руки ее;

7:12

и҆ возвесели́хсѧ ѡ҆ всѣ́хъ, ꙗ҆́кѡ и҆́ми ѡ҆блада́етъ премꙋ́дрость: не вѣ́дѣхъ же ю҆̀ роди́телницꙋ бы́ти си́хъ.

и возвеселихся о всех, яко ими обладает премудрость: не ведех же ю родителницу быти сих.

я радовался всему, потому что премудрость руководствовала ими, но я не знал, что она — виновница их.

7:13

Неле́стнѣ наꙋчи́хсѧ, без̾ за́висти преподаю̀ и҆ бога́тства є҆ѧ̀ не сокрыва́ю:

Нелестне научихся, без зависти преподаю и богатства ея не сокрываю:

Без хитрости я научился, и без зависти преподаю, не скрываю богатства ее,

7:14

неѡскꙋ́дно бо є҆́сть сокро́вище человѣ́кѡмъ, є҆́же ᲂу҆потреби́вшїи къ бг҃ꙋ посла́шасѧ въ содрꙋже́нїе, дара́ми ѿ наказа́нїѧ предста́влени.

неоскудно бо есть сокровище человеком, еже употребившии к богу послашася в содружение, дарами от наказания представлени.

ибо она есть неистощимое сокровище для людей; пользуясь ею, они входят в содружество с Богом, посредством даров учения.

7:15

Мнѣ́ же дадѐ бг҃ъ глаго́лати по разꙋмѣ́нїю и҆ мнѣ́ти досто́йнѣ ѡ҆ подава́емыхъ, ꙗ҆́кѡ то́й и҆ премꙋ́дрости предводи́тель є҆́сть и҆ премꙋ́дрыхъ и҆спра́витель:

Мне же даде бог глаголати по разумению и мнети достойне о подаваемых, яко той и премудрости предводитель есть и премудрых исправитель:

Только дал бы мне Бог говорить по разумению и достойно мыслить о дарованном, ибо Он есть руководитель к мудрости и исправитель мудрых.

7:16

въ рꙋкꙋ́ бо є҆гѡ̀ и҆ мы̀ и҆ словеса̀ на̑ша, и҆ всѧ́кїй ра́зꙋмъ и҆ дѣ́лъ хꙋдо́жество.

в руку бо его и мы и словеса наша, и всякий разумъ и дел художество.

Ибо в руке Его и мы и слова наши, и всякое разумение и искусство делания.

7:17

Се́й бо дадѐ мнѣ̀ ѡ҆ сꙋ́щихъ позна́нїе нело́жное, позна́ти составле́нїе мі́ра и҆ дѣ́йствїе стїхі́й,

Сей бо даде мне о сущих познание неложное, познати составление мира и действие стихий,

Сам Он даровал мне неложное познание существующего, чтобы познать устройство мира и действие стихий,

7:18

нача́ло и҆ коне́цъ и҆ среди́нꙋ време́нъ, возвра́тѡвъ премѣ̑ны и҆ и҆змѣнє́нїѧ време́нъ,

начало и конец и средину времен, возвратов премены и изменения времен,

начало, конец и средину времен, смены поворотов и перемены времен,

7:19

лѣ́тъ крꙋ́ги и҆ ѕвѣ́здъ расположє́нїѧ,

лет круги и звезд расположения,

круги годов и положение звезд,

7:20

є҆стество̀ живо́тныхъ и҆ гнѣ́въ ѕвѣре́й, вѣ́трѡвъ ᲂу҆си́лїе и҆ помышлє́нїѧ человѣ́кѡвъ, ра́знство лѣ́тораслемъ и҆ си̑лы коре́нїй.

естество животных и гнев зверей, ветров усилие и помышления человеков, разнство летораслем и силы корений.

природу животных и свойства зверей, стремления ветров и мысли людей, различия растений и силы корней.

7:21

И҆ є҆ли̑ка сꙋ́ть скры̑та и҆ ꙗ҆́вна, позна́хъ: всѣ́хъ бо хꙋдо́жница наꙋчи́ мѧ премꙋ́дрость.

И елика суть скрыта и явна, познах: всех бо художница научи мя премудрость.

Познал я все, и сокровенное и явное, ибо научила меня Премудрость, художница всего.

7:22

Є҆́сть бо въ то́й дꙋ́хъ ра́зꙋма ст҃ъ, є҆диноро́дный, многоча́стный, то́нкїй, благодви́жный, свѣ́тлый, нескве́рный, ꙗ҆́сный, невреди́телный, благолюби́вый, ѻ҆́стръ, невозбра́ненъ, благодѣ́лателенъ,

Есть бо в той дух разума свят, единородный, многочастный, тонкий, благодвижный, светлый, нескверный, ясный, невредителный, благолюбивый, остр, невозбранен, благоделателен,

Она есть дух разумный, святый, единородный, многочастный, тонкий, удобоподвижный, светлый, чистый, ясный, невредительный, благолюбивый, скорый, неудержимый,

7:23

человѣколюби́въ, и҆звѣ́стный, крѣ́пкїй, безпеча́льный, всеси́льный, всеви́дѧй, и҆ сквозѣ̀ всѧ̑ проходѧ́й дꙋ́хи разꙋми̑чныѧ, чи̑стыѧ, тонча́йшыѧ.

человеколюбив, известный, крепкий, безпечальный, всесильный, всевидяй, и сквозе вся проходяй духи разумичныя, чистыя, тончайшия.

благодетельный, человеколюбивый, твердый, непоколебимый, спокойный, беспечальный, всевидящий и проникающий все умные, чистые, тончайшие духи.

7:24

Всѧ́кагѡ бо движе́нїѧ подви́жнѣйша є҆́сть премꙋ́дрость: достиза́етъ же и҆ проница́етъ сквозѣ̀ всѧ́чєскаѧ ра́ди (своеѧ̀) чистоты̀.

Всякаго бо движения подвижнейша есть премудрость: достизает же и проницает сквозе всяческая ради (своея) чистоты.

Ибо премудрость подвижнее всякого движения, и по чистоте своей сквозь все проходит и проникает.

7:25

Па́ра бо є҆́сть си́лы бж҃їѧ и҆ и҆злїѧ́нїе вседержи́телѧ сла́вы чи́стое: сегѡ̀ ра́ди ничто́же ѡ҆скверне́но на ню̀ напа́даетъ.

Пара бо есть силы божия и излияние вседержителя славы чистое: сего ради ничтоже осквернено на ню нападает.

Она есть дыхание силы Божией и чистое излияние славы Вседержителя: посему ничто оскверненное не войдет в нее.

7:26

Сїѧ́нїе бо є҆́сть свѣ́та прⷭ҇носꙋ́щнагѡ и҆ зерца́ло непоро́чно бж҃їѧ дѣ́йствїѧ и҆ ѡ҆́бразъ бл҃госты́ни є҆гѡ̀.

Сияние бо есть света присносущнаго и зерцало непорочно божия действия и образ благостыни его.

Она есть отблеск вечного света и чистое зеркало действия Божия и образ благости Его.

7:27

Є҆ди́на же сꙋ́щи всѧ́чєскаѧ мо́жетъ, и҆ пребыва́ющи въ себѣ̀ всѧ̑ ѡ҆бновлѧ́етъ, и҆ по родѡ́мъ въ дꙋ́шы прпⷣбныхъ преходѧ́щи, дрꙋ́ги бж҃їѧ и҆ прⷪ҇ро́ки ᲂу҆строѧ́етъ:

Едина же сущи всяческая может, и пребывающи в себе вся обновляет, и по родом в души преподобных преходящи, други божия и пророки устрояет:

Она — одна, но может все, и, пребывая в самой себе, все обновляет, и, переходя из рода в род в святые души, приготовляет друзей Божиих и пророков;

7:28

ни кого́же бо лю́битъ бг҃ъ, то́кмѡ сего̀, и҆́же со премꙋ́дростїю пребыва́етъ.

ни когоже бо любит бог, токмо сего, иже со премудростию пребывает.

ибо Бог никого не любит, кроме живущего с премудростью.

7:29

Є҆́сть бо сїѧ̀ благолѣ́пнѣе со́лнца и҆ па́че всѧ́кагѡ расположе́нїѧ ѕвѣ́здъ: свѣ́тꙋ соравнѧ́ема ѡ҆брѣта́етсѧ пе́рваѧ:

Есть бо сия благолепнее солнца и паче всякаго расположения звезд: свету соравняема обретается первая:

Она прекраснее солнца и превосходнее сонма звезд; в сравнении со светом она выше;

7:30

сего́ бо прее́млетъ но́щь, премꙋ́дрости же не ѡ҆долѣ́етъ ѕло́ба.

сего бо преемлет нощь, премудрости же не одолеетъ злоба.

ибо свет сменяется ночью, а премудрости не превозмогает злоба.

Глава 8

8:1

Досѧза́етъ же ѿ конца̀ да́же до конца̀ крѣ́пкѡ и҆ ᲂу҆правлѧ́етъ всѧ̑ бла́гѡ.

Досязает же от конца даже до конца крепко и управляет вся благо.

Она быстро распростирается от одного конца до другого и все устрояет на пользу.

8:2

Сїю̀ возлюби́хъ и҆ поиска́хъ ѿ ю҆́ности моеѧ̀, и҆ взыска́хъ невѣ́стꙋ привестѝ себѣ̀, и҆ люби́тель бы́хъ красоты̀ є҆ѧ̀.

Сию возлюбих и поисках от юности моея, и взыскахъ невесту привести себе, и любитель бых красоты ея.

Я полюбил ее и взыскал от юности моей, и пожелал взять ее в невесту себе, и стал любителем красоты ее.

8:3

Благоро́дство сла́витъ сожи́тїе бж҃їе и҆мꙋ́щи, и҆ всѣ́хъ влⷣка возлюбѝ ю҆̀:

Благородство славит сожитие божие имущи, и всех владыка возлюби ю:

Она возвышает свое благородство тем, что имеет сожитие с Богом, и Владыка всех возлюбил ее:

8:4

таи́бница бо є҆́сть бж҃їѧ хи́трости и҆ ѡ҆брѣта́телница дѣ́лъ є҆гѡ̀.

таибница бо есть божия хитрости и обретателница делъ его.

она таинница ума Божия и избирательница дел Его.

8:5

И҆ а҆́ще бога́тство є҆́сть вожделѣ́нное притѧжа́нїе въ животѣ̀, что̀ премꙋ́дрости богатѣ́йше, є҆́юже дѣ́лаютсѧ всѧ̑;

И аще богатство есть вожделенное притяжание в животе, что премудрости богатейше, еюже делаются вся?

Если богатство есть вожделенное приобретение в жизни, то что богаче премудрости, которая все делает?

8:6

А҆́ще же ра́зꙋмъ дѣ́лаетъ, кто̀ є҆ѧ̀ ѿ сꙋ́щихъ лꙋ́чшїй хꙋдо́жникъ є҆́сть;

Аще же разум делает, кто ея от сущих лучший художник есть?

Если же благоразумие делает многое, то какой художник лучше ее?

8:7

И҆ а҆́ще пра́вдꙋ лю́битъ кто̀, трꙋды̀ є҆ѧ̀ сꙋ́ть добродѣ́тєли: цѣломꙋ́дрїю бо и҆ ра́зꙋмꙋ ᲂу҆чи́тъ, пра́вдѣ и҆ мꙋ́жествꙋ, и҆́хже потре́бнѣе ничто́же є҆́сть въ житїѝ человѣ́кѡмъ.

И аще правду любит кто, труды ея суть добродетели: целомудрию бо и разуму учит, правде и мужеству, ихже потребнее ничтоже есть в житии человеком.

Если кто любит праведность, — плоды ее суть добродетели: она научает целомудрию и рассудительности, справедливости и мужеству, полезнее которых ничего нет для людей в жизни.

8:8

А҆́ще же и҆ мно́гагѡ и҆скꙋ́сства жела́етъ кто̀, вѣ́сть дрє́внѧѧ и҆ бы́ти хотѧ̑щаѧ разсмотрѧ́етъ: свѣ́сть и҆зви̑тїѧ слове́съ и҆ разрѣшє́нїѧ гада́нїй, зна́мєнїѧ и҆ чꙋдеса̀ проразꙋмѣва́етъ и҆ сбытїѧ̑ време́нъ и҆ лѣ́тъ.

Аще же и многаго искусства желает кто, весть древняя и быти хотящая разсмотряет: свесть извития словесъ и разрешения гаданий, знамения и чудеса проразумеваетъ и сбытия времен и лет.

Если кто желает большой опытности, мудрость знает давнопрошедшее и угадывает будущее, знает тонкости слов и разрешение загадок, предузнает знамения и чудеса и последствия лет и времен.

8:9

Сꙋди́хъ ᲂу҆̀бо сїю̀ привестѝ мнѣ̀ къ сожи́тїю, вѣ́дый, ꙗ҆́кѡ бꙋ́детъ мѝ совѣ́тница благи́хъ и҆ ᲂу҆тѣше́нїе попече́нїй и҆ печа́ли.

Судих убо сию привести мне к сожитию, ведый, яко будет ми советница благих и утешение попечений и печали.

Посему я рассудил принять ее в сожитие с собою, зная, что она будет мне советницею на доброе и утешеньем в заботах и печали.

8:10

И҆мѣ́ти бꙋ́дꙋ ра́ди є҆ѧ̀ сла́вꙋ въ наро́дѣхъ и҆ че́сть пред̾ ста̑рцы, ю҆́нъ сы́й:

Имети буду ради ея славу в народех и честь пред старцы, юн сый:

Через нее я буду иметь славу в народе и честь перед старейшими, будучи юношею;

8:11

ѻ҆́стръ ѡ҆брѧ́щꙋсѧ въ сꙋдѣ̀, и҆ ли́ца си́льныхъ ᲂу҆дивѧ́тсѧ мнѣ̀:

остр обрящуся в суде, и лица сильных удивятся мне:

окажусь проницательным в суде, и в глазах сильных заслужу удивление.

8:12

молча́щꙋ мѝ потерпѧ́тъ и҆ вѣща́ющꙋ мѝ и҆́мꙋтъ внима́ти, и҆ глаго́лющꙋ мѝ ѡ҆ мно́зѣ, рꙋ́кꙋ положа́тъ на ᲂу҆ста̀ своѧ̑.

молчащу ми потерпят и вещающу ми имут внимати, и глаголющу ми о мнозе, руку положат на уста своя.

Когда я буду молчать, они будут ожидать, и когда начну говорить, будут внимать, и когда продлю беседу, положат руку на уста свои.

8:13

Сеѧ̀ ра́ди прїимꙋ̀ безсме́ртїе и҆ па́мѧть вѣ́чнꙋю сꙋ́щымъ по мнѣ̀ ѡ҆ста́влю:

Сея ради прииму безсмертие и память вечную сущимъ по мне оставлю:

Чрез нее я достигну бессмертия и оставлю вечную память будущим после меня.

8:14

ᲂу҆пра́влю лю́ди, и҆ ꙗ҆зы́цы покорѧ́тсѧ мѝ:

управлю люди, и языцы покорятся ми:

Я буду управлять народами, и племена покорятся мне;

8:15

ᲂу҆боѧ́тсѧ менє̀ слы́шавшїи мꙋчи́телїе стра́шнїи: во мно́жествѣ ꙗ҆влю́сѧ бла́гъ и҆ въ бра́ни крѣ́покъ.

убоятся мене слышавшии мучителие страшнии: во множестве явлюся благ и в брани крепок.

убоятся меня, когда услышат обо мне страшные тираны; в народе явлюсь добрым и на войне мужественным.

8:16

Вше́дъ въ до́мъ мо́й ᲂу҆поко́юсѧ съ не́ю: не бо̀ и҆́мать го́рести соѡбще́нїе є҆ѧ̀, ни болѣ́зни сожи́тїе тоѧ̀, но весе́лїе и҆ ра́дость.

Вшед в дом мой упокоюся с нею: не бо имать горести сообщение ея, ни болезни сожитие тоя, но веселие и радость.

Войдя в дом свой, я успокоюсь ею, ибо в обращении ее нет суровости, ни в сожитии с нею скорби, но веселие и радость.

8:17

Сїѧ̑ помы́сливъ во мнѣ̀, печа́хсѧ въ се́рдцы мое́мъ, ꙗ҆́кѡ безсме́ртїе є҆́сть въ сро́дствѣ премꙋ́дрости,

Сия помыслив во мне, печахся в сердцы моем, яко безсмертие есть в сродстве премудрости,

Размышляя о сем сам в себе и обдумывая в сердце своем, что в родстве с премудростью — бессмертие,

8:18

и҆ въ содрꙋже́нїи є҆ѧ̀ ᲂу҆слажде́нїе бла́го, и҆ въ трꙋдѣ́хъ рꙋкꙋ̀ є҆ѧ̀ бога́тство без̾ ѡ҆скꙋдѣ́нїѧ, и҆ въ соѡбꙋче́нїи бесѣ́ды є҆ѧ̀ ра́зꙋмъ, и҆ благосла́вїе въ приѡбще́нїи слове́съ є҆ѧ̀, ѡ҆бхожда́хъ и҆́шꙋщь, да воспрїимꙋ̀ ю҆̀ въ себѐ.

и в содружении ея услаждение благо, и в трудехъ руку ея богатство без оскудения, и в сообучении беседы ея разум, и благославие в приобщении словесъ ея, обхождах ишущь, да восприиму ю в себе.

и в дружестве с нею — благое наслаждение, и в трудах рук ее — богатство неоскудевающее, и в собеседовании с нею — разум, и в общении слов ее — добрая слава, — я ходил и искал, как бы мне взять ее себе.

8:19

Ѻ҆́трокъ же бѣ́хъ ѻ҆строꙋ́менъ, дꙋ́шꙋ же полꙋчи́хъ бла́гꙋ:

отрок же бех остроумен, душу же получих благу:

Я был отрок даровитый и душу получил добрую;

8:20

па́че же бла́гъ сы́й прїидо́хъ въ тѣ́ло нескве́рно.

паче же благ сый приидох в тело нескверно.

притом, будучи добрым, я вошел и в тело чистое.

8:21

Позна́въ же, ꙗ҆́кѡ не и҆́накѡ ѡ҆держꙋ̀, а҆́ще не бг҃ъ да́стъ, и҆ сїе́ же бѣ̀ ра́зꙋма, є҆́же вѣ́дѣти, чїѧ̀ є҆́сть благода́ть, прїидо́хъ ко гдⷭ҇ꙋ и҆ моли́хсѧ є҆мꙋ̀, и҆ реко́хъ ѿ всегѡ̀ се́рдца моегѡ̀:

Познав же, яко не инако одержу, аще не бог даст, и сие же бе разума, еже ведети, чия есть благодать, приидох ко господу и молихся ему, и рекох от всего сердца моего:

Познав же, что иначе не могу овладеть ею, как если дарует Бог, — и что уже было делом разума, чтобы познать, чей этот дар, — я обратился к Господу и молился Ему, и говорил от всего сердца моего:

Глава 9

9:1

Бж҃е ѻ҆тцє́въ и҆ гдⷭ҇и млⷭ҇ти твоеѧ̀, сотвори́вый всѧ̑ сло́вомъ твои́мъ

боже отцев и господи милости твоея, сотворивый вся словом твоимъ

Боже отцов и Господи милости, сотворивший все словом Твоим

9:2

и҆ премⷣростїю твое́ю ᲂу҆стро́ивый человѣ́ка, да владѣ́етъ сотворе́нными ѿ тебє̀ тва́рьми,

и премудростию твоею устроивый человека, да владеетъ сотворенными от тебе тварьми,

и премудростию Твоею устроивший человека, чтобы он владычествовал над созданными Тобою тварями

9:3

и҆ да ᲂу҆правлѧ́етъ мі́ръ въ преподо́бїи и҆ пра́вдѣ, и҆ въ правотѣ̀ дꙋшѝ сꙋ́дъ да сꙋ́дитъ:

и да управляет мир в преподобии и правде, и в правоте души суд да судит:

и управлял миром свято и справедливо, и в правоте души производил суд!

9:4

да́ждь мнѣ̀ твои̑мъ прⷭ҇то́лѡмъ присѣдѧ́щꙋю премⷣрость и҆ не ѿри́ни менѐ ѿ ѻ҆́трѡкъ твои́хъ:

даждь мне твоим престолом приседящую премудрость и не отрини мене от отрок твоих:

Даруй мне приседящую престолу Твоему премудрость и не отринь меня от отроков Твоих,

9:5

ꙗ҆́кѡ а҆́зъ ра́бъ тво́й и҆ сы́нъ рабы́ни твоеѧ̀, человѣ́къ не́мощенъ и҆ маловре́мененъ и҆ ᲂу҆ма́ленъ въ ра́зꙋмѣ сꙋда̀ и҆ зако́нѡвъ.

яко аз раб твой и сын рабыни твоея, человекъ немощен и маловременен и умален в разуме суда и законов.

ибо я раб Твой и сын рабы Твоей, человек немощный и кратковременный и слабый в разумении суда и законов.

9:6

А҆́ще бо кто̀ бꙋ́детъ и҆ соверше́нъ въ сынѣ́хъ человѣ́ческихъ, ѿсꙋ́тствꙋющей твое́й премⷣрости, ни во что́же вмѣни́тсѧ.

Аще бо кто будет и совершен в сынех человеческих, отсутствующей твоей премудрости, ни во чтоже вменится.

Да хотя бы кто и совершен был между сынами человеческими, без Твоей премудрости он будет признан за ничто.

9:7

Ты̀ и҆збра́лъ мѧ̀ є҆сѝ царѧ̀ лю́демъ твои̑мъ и҆ сꙋдїю̀ сынѡ́мъ твои̑мъ и҆ дще́ремъ,

Ты избрал мя еси царя людем твоим и судию сыномъ твоим и дщерем,

Ты избрал меня царем народа Твоего и судьею сынов Твоих и дщерей;

9:8

и҆ ре́клъ мѝ є҆сѝ созда́ти хра́мъ въ горѣ̀ ст҃ѣ́й твое́й и҆ во гра́дѣ ѡ҆бита́нїѧ твоегѡ̀ ѻ҆лта́рь, подо́бїемъ ски́нїи (твоеѧ̀) ст҃ы́ѧ, ю҆́же пред̾ꙋгото́валъ є҆сѝ ѿ нача́ла.

и рекл ми еси создати храм в горе святей твоей и во граде обитания твоего олтарь, подобием скинии (твоея) святыя, юже предуготовал еси от начала.

Ты сказал, чтобы я построил храм на святой горе Твоей и алтарь в городе обитания Твоего, по подобию святой скинии, которую Ты предуготовил от начала.

9:9

И҆ съ тобо́ю премⷣрость вѣ́дꙋщаѧ дѣла̀ твоѧ̑ и҆ присꙋ́тствꙋющаѧ тогда̀, є҆гда̀ мі́ръ твори́лъ є҆сѝ, и҆ вѣ́дꙋщаѧ, что̀ є҆́сть ᲂу҆го́дно пред̾ ѻ҆чи́ма твои́ма и҆ что̀ пра́во въ за́повѣдехъ твои́хъ:

И с тобою премудрость ведущая дела твоя и присутствующая тогда, егда мир творил еси, и ведущая, что есть угодно пред очима твоима и что право в заповедехъ твоих:

С Тобою премудрость, которая знает дела Твои и присуща была, когда Ты творил мир, и ведает, что угодно пред очами Твоими и что право по заповедям Твоим:

9:10

послѝ ю҆̀ съ нб҃съ ст҃ы́хъ и҆ ѿ прⷭ҇то́ла сла́вы твоеѧ̀ послѝ ю҆̀: да сꙋ́щи со мно́ю трꙋди́тсѧ, и҆ ᲂу҆вѣ́мъ, что̀ благоꙋго́дно є҆́сть пред̾ тобо́ю:

посли ю с небес святых и от престола славы твоея посли ю: да сущи со мною трудится, и увем, что благоугодно есть пред тобою:

ниспошли ее от святых небес и от престола славы Твоей ниспошли ее, чтобы она споспешествовала мне в трудах моих, и чтобы я знал, что благоугодно пред Тобою;

9:11

вѣ́сть бо ѻ҆на̀ всѧ̑ и҆ разꙋмѣ́етъ, и҆ наста́витъ мѧ̀ въ дѣ́лѣхъ мои́хъ цѣломꙋ́дреннѣ и҆ сохрани́тъ мѧ̀ во сла́вѣ свое́й:

весть бо она вся и разумеет, и наставит мя в делех моих целомудренне и сохранит мя во славе своей:

ибо она все знает и разумеет, и мудро будет руководить меня в делах моих, и сохранит меня в своей славе;

9:12

и҆ бꙋ́дꙋтъ прїѧ̑тна дѣла̀ моѧ̑, и҆ разсꙋждꙋ̀ лю́ди твоѧ̑ пра́веднѣ, и҆ бꙋ́дꙋ досто́инъ престо́лѡвъ ѻ҆тца̀ моегѡ̀.

и будут приятна дела моя, и разсужду люди твоя праведне, и буду достоин престолов отца моего.

и дела мои будут благоприятны, и буду судить народ Твой справедливо, и буду достойным престола отца моего.

9:13

Кто́ бо ѿ человѣ̑къ позна́етъ совѣ́тъ бж҃їй; и҆лѝ кто̀ помы́слитъ, что̀ хо́щетъ бг҃ъ;

Кто бо от человек познает совет божий? или кто помыслит, что хощет богъ?

Ибо какой человек в состоянии познать совет Божий? или кто может уразуметь, что угодно Господу?

9:14

Помышлє́нїѧ бо сме́ртныхъ боѧзли̑ва, и҆ погрѣши́тєлна ᲂу҆мышлє́нїѧ на̑ша:

Помышления бо смертных боязлива, и погрешителна умышления наша:

Помышления смертных нетверды, и мысли наши ошибочны,

9:15

тѣ́ло бо тлѣ́нное ѡ҆тѧгоща́етъ дꙋ́шꙋ, и҆ земно́е жили́ще ѡ҆бременѧ́етъ ᲂу҆́мъ многопопечи́теленъ.

тело бо тленное отягощает душу, и земное жилище обременяет ум многопопечителен.

ибо тленное тело отягощает душу, и эта земная храмина подавляет многозаботливый ум.

9:16

И҆ є҆два̀ разꙋмѣва́емъ, ꙗ҆̀же на землѝ, и҆ ꙗ҆̀же въ рꙋка́хъ ѡ҆брѣта́емъ со трꙋдо́мъ: а҆ ꙗ҆̀же на нб҃сѣ́хъ, кто̀ и҆зслѣ́ди;

И едва разумеваем, яже на земли, и яже въ руках обретаем со трудом: а яже на небесех, кто изследи?

Мы едва можем постигать и то, что на земле, и с трудом понимаем то, что под руками, а что на небесах — кто исследовал?

9:17

Во́лю же твою̀ кто̀ позна̀, а҆́ще бы не ты̀ да́лъ є҆сѝ премꙋ́дрость и҆ посла́лъ є҆сѝ дх҃а ст҃а́го твоего̀ ѿ высоты̀;

Волю же твою кто позна, аще бы не ты дал еси премудрость и послал еси духа святаго твоего от высоты?

Волю же Твою кто познал бы, если бы Ты не даровал премудрости и не ниспослал свыше святаго Твоего Духа?

9:18

И҆ та́кѡ и҆спра́вишасѧ стєзѝ сꙋ́щихъ на землѝ, и҆ ꙗ҆̀же тебѣ̀ ᲂу҆гѡ́дна, наꙋчи́шасѧ человѣ́цы

И тако исправишася стези сущих на земли, и яже тебе угодна, научишася человецы

И так исправились пути живущих на земле, и люди научились тому, что угодно Тебе,

9:19

и҆ премꙋ́дростїю спасо́шасѧ.

и премудростию спасошася.

и спаслись премудростью.

Глава 10

10:1

Сїѧ̀ первозда́ннаго ѻ҆тца̀ мі́рꙋ є҆ди́наго созда́ннаго сохранѝ и҆ и҆зведѐ є҆го̀ ѿ грѣха̀ є҆гѡ̀,

Сия первозданнаго отца миру единаго созданнаго сохрани и изведе его от греха его,

Она сохраняла первозданного отца мира, который сотворен был один, и спасала его от собственного его падения:

10:2

даде́ же є҆мꙋ̀ крѣ́пость содержа́ти всѧ́чєскаѧ.

даде же ему крепость содержати всяческая.

она дала ему силу владычествовать над всем.

10:3

Ѿстꙋпи́въ же ѿ неѧ̀ непра́ведный во гнѣ́вѣ свое́мъ со братоꙋбі́йственными поги́бе ꙗ҆́ростьми:

отступив же от нея неправедный во гневе своем со братоубийственными погибе яростьми:

А отступивший от нее неправедный во гневе своем погиб от братоубийственной ярости.

10:4

є҆гѡ́же ра́ди потоплѧ́емꙋ зе́млю па́ки спасѐ премꙋ́дрость, ма́лымъ дре́вомъ првⷣника соблю́дши.

егоже ради потопляему землю паки спасе премудрость, малым древом праведника соблюдши.

Ради него потопляемую землю опять премудрость спасла, сохранив праведника посредством малого дерева.

10:5

Сїѧ̀ и҆ во є҆диномы́слїи лꙋка́вства смѣ́шеныхъ ꙗ҆зы́кѡвъ ѡ҆брѣ́те првⷣника и҆ сохранѝ є҆го̀ непоро́чна бг҃ꙋ, и҆ въ поболѣ́нїи ѡ҆ ча́дѣ крѣ́пка соблюдѐ.

Сия и во единомыслии лукавства смешеных языковъ обрете праведника и сохрани его непорочна богу, и въ поболении о чаде крепка соблюде.

Она же между народами, смешанными в единомыслии зла, нашла праведника и соблюла его неукоризненным пред Богом, и сохранила мужественным в жалости к сыну.

10:6

Сїѧ̀ првⷣнаго, погиба́ющымъ нечести́вымъ, и҆зба́ви бѣжа́щаго ѿ ѻ҆гнѧ̀ низходѧ́ща на пѧ́ть градѡ́въ:

Сия праведнаго, погибающим нечестивым, избави бежащаго от огня низходяща на пять градов:

Она во время погибели нечестивых спасла праведного, который избежал огня, нисшедшего на пять городов,

10:7

и҆́хже є҆щѐ свидѣ́телство лꙋка́вствїѧ дымѧ́щаѧсѧ стои́тъ землѧ̀ пꙋста̀, и҆ несоверше́нными времены̀ плодоносѧ̑щаѧ древеса̀, и҆ невѣ́рныѧ дꙋшѝ па́мѧть стоѧ́щь сто́лпъ сла́нъ.

ихже еще свидетелство лукавствия дымящаяся стоитъ земля пуста, и несовершенными времены плодоносящая древеса, и неверныя души память стоящь столп слан.

от которых во свидетельство нечестия осталась дымящаяся пустая земля и растения, не в свое время приносящие плоды, и памятником неверной души — стоящий соляной столб.

10:8

Премꙋ́дрость бо мимоходѧ́щїи не то́кмѡ повреди́шасѧ, є҆́же не вѣ́дѣти бла́га, но и҆ безꙋ́мїѧ своегѡ̀ ѡ҆ста́виша житїю̀ па́мѧть, да въ ни́хже согрѣши́ша, нижѐ ᲂу҆таи́тисѧ возмо́гꙋтъ.

Премудрость бо мимоходящии не токмо повредишася, еже не ведети блага, но и безумия своего оставиша житию память, да в нихже согрешиша, ниже утаитися возмогут.

Ибо они, презрев премудрость, не только повредили себе тем, что не познали добра, но и оставили живущим память о своем безумии, дабы не могли скрыть того, в чем заблудились.

10:9

Премꙋ́дрость же слꙋжа́щихъ є҆́й ѿ болѣ́зней и҆зба́ви.

Премудрость же служащих ей от болезней избави.

Премудрость же спасла от бед служащих ей.

10:10

Сїѧ̀ бѣжа́щаго ѿ гнѣ́ва бра́тнѧ првⷣника наста́ви на стєзѝ пра̑вы и҆ показа̀ є҆мꙋ̀ црⷭ҇твїе бж҃їе и҆ дадѐ є҆мꙋ̀ ра́зꙋмъ ст҃ы́хъ, почтѐ є҆го̀ въ трꙋдѣ́хъ и҆ ᲂу҆мно́жи трꙋды̀ є҆гѡ̀.

Сия бежащаго от гнева братня праведника настави на стези правы и показа ему царствие божие и даде ему разум святых, почте его в трудех и умножи труды его.

Праведного, бежавшего от братнего гнева, она наставляла на правые пути, показала ему царство Божие и даровала ему познание святых, помогала ему в огорчениях и обильно вознаградила труды его.

10:11

Во ѡ҆би́дѣ ѡ҆бдержа́щихъ є҆го̀ предста̀ є҆мꙋ̀ и҆ ѡ҆богатѝ є҆го̀,

Во обиде обдержащих его предста ему и обогати его,

Когда из корыстолюбия обижали его, она предстала и обогатила его,

10:12

сохранѝ є҆го̀ ѿ вра̑гъ, и҆ ѿ навѣ́тꙋющихъ защитѝ є҆го̀, и҆ по́двигъ крѣ́покъ на побѣ́дꙋ дадѐ є҆мꙋ̀, да ᲂу҆вѣ́сть, ꙗ҆́кѡ всѣ́хъ сильнѣ́е є҆́сть бл҃гоче́стїе.

сохрани его от враг, и от наветующих защити его, и подвиг крепок на победу даде ему, да увесть, яко всех сильнее есть благочестие.

сохранила его от врагов, и обезопасила от коварствовавших против него, и в крепкой борьбе доставила ему победу, дабы он знал, что благочестие всего сильнее.

10:13

Сїѧ̀ прода́наго првⷣника не ѡ҆ста́ви, но ѿ грѣха̀ и҆зба́ви є҆го̀: сни́де съ ни́мъ въ ро́въ,

Сия проданаго праведника не остави, но от греха избави его: сниде с ним в ров,

Она не оставила проданного праведника, но спасла его от греха:

10:14

и҆ во ᲂу҆́захъ не ѡ҆ста́ви є҆го̀, до́ндеже принесѐ є҆мꙋ̀ ски́птръ ца́рствїѧ и҆ вла́сть на мꙋ́чащихъ є҆го̀: лжи́выхъ же показа̀, поро́къ сотво́ршихъ на́нь, и҆ дадѐ є҆мꙋ̀ сла́вꙋ вѣ́чнꙋю.

и во узах не остави его, дондеже принесе ему скиптр царствия и власть на мучащих его: лживыхъ же показа, порок сотворших нань, и даде ему славу вечную.

она нисходила с ним в ров и не оставляла его в узах, и потом принесла ему скипетр царства и власть над угнетавшими его, показала лжецами обвинявших его и даровала ему вечную славу.

10:15

Сїѧ̀ люде́й преподо́бныхъ и҆ сѣ́мѧ непоро́чное и҆зба́ви ѿ ꙗ҆зы̑къ ѡ҆скорблѧ́ющихъ:

Сия людей преподобных и семя непорочное избави от язык оскорбляющих:

Она освободила святой народ и непорочное семя от народа угнетавших его,

10:16

вни́де въ дꙋ́шꙋ раба̀ гдⷭ҇нѧ и҆ воста̀ проти́вꙋ царе́й стра́шныхъ въ чꙋдесѣ́хъ и҆ зна́менїихъ.

вниде в душу раба господня и воста противу царей страшныхъ в чудесех и знамениих.

вошла в душу служителя Господня и противостала страшным царям чудесами и знамениями.

10:17

Воздадѐ преподѡ́бнымъ мздꙋ̀ трꙋдѡ́въ и҆́хъ, наста́ви и҆̀хъ въ пꙋ́ть ди́венъ и҆ бы́сть и҆̀мъ въ покро́въ дне́мъ и҆ въ пла́мень ѕвѣ́здъ въ нощѝ.

Воздаде преподобным мзду трудов их, настави ихъ в путь дивен и бысть им в покров днем и в пламень звезд в нощи.

Она воздала святым награду за труды их, вела их путем дивным; и днем была им покровом, а ночью — звездным светом.

10:18

Преведѐ и҆̀хъ но мо́рю чермно́мꙋ и҆ проведѐ и҆̀хъ сквозѣ̀ во́дꙋ мно́гꙋ:

Преведе их но морю чермному и проведе их сквозе воду многу:

Она перевела их чрез Чермное море и провела их сквозь большую воду,

10:19

враги́ же и҆́хъ потопѝ и҆ и҆з̾ глꙋбины̀ бе́здны и҆зри́нꙋ и҆̀хъ.

враги же их потопи и из глубины бездны изрину их.

а врагов их потопила и извергла их из глубины бездны.

10:20

Сегѡ̀ ра́ди пра́веднїи взѧ́ша кѡры́сти нечести́выхъ и҆ воспѣ́ша, гдⷭ҇и, и҆́мѧ ст҃о́е твоѐ, и҆ ѡ҆долѣ́телницꙋ рꙋ́кꙋ твою̀ похвали́ша є҆динодꙋ́шнѣ:

Сего ради праведнии взяша корысти нечестивых и воспеша, господи, имя святое твое, и одолетелницу руку твою похвалиша единодушне:

Итак, праведные завладели доспехами нечестивых и воспели святое имя Твое, Господи, и единодушно прославили поборающую руку Твою;

10:21

ꙗ҆́кѡ премꙋ́дрость ѿве́рзе ᲂу҆ста̀ нѣмы́хъ и҆ ѧ҆зы́ки младе́нцємъ сотворѝ ꙗ҆́сны.

яко премудрость отверзе уста немых и языки младенцем сотвори ясны.

ибо премудрость отверзла уста немых и сделала внятными языки младенцев.

Глава 11

11:1

Оу҆пра́ви дѣла̀ и҆́хъ рꙋко́ю прⷪ҇ро́ка ст҃а́гѡ:

управи дела их рукою пророка святаго:

Она благоустроила дела их рукою святого пророка:

11:2

проидо́ша пꙋсты́ню неѡбита́ннꙋю и҆ въ непроходи́мыхъ водрꙋзи́ша кꙋ́щы,

проидоша пустыню необитанную и в непроходимых водрузиша кущи,

они прошли по необитаемой пустыне, и на непроходных местах поставили шатры;

11:3

сопроти́вишасѧ сꙋпоста́тѡмъ и҆ ѿмсти́ша врагѡ́мъ:

сопротивишася супостатом и отмстиша врагом:

противостали неприятелям и отмстили врагам;

11:4

возжада́ша и҆ призва́ша тебѐ, и҆ дана̀ бы́сть и҆̀мъ вода̀ ѿ ка́мене несѣко́магѡ и҆ и҆зцѣле́нїе жа́жды ѿ ка́мене же́стока.

возжадаша и призваша тебе, и дана бысть им вода от камене несекомаго и изцеление жажды от камене жестока.

томились жаждою и воззвали к Тебе, и дана им была вода из утесистой скалы и утоление жажды — из твердого камня.

11:5

И҆́миже бо нака́зани бы́ша вразѝ и҆́хъ,

Имиже бо наказани быша врази их,

Ибо, чем наказаны были враги их,

11:6

си́ми сі́и во ѡ҆скꙋдѣ́нїи сꙋ́ще благодѣ́телствовани бы́ша:

сими сии во оскудении суще благодетелствовани быша:

тем они, находясь в затруднении, были облагодетельствованы:

11:7

за и҆сто́чникъ ᲂу҆́бѡ прⷭ҇нотекꙋ́щїѧ рѣкѝ, кро́вїю и҆злїѧ́нною смѧте́нныѧ,

за источник убо приснотекущия реки, кровию излиянною смятенныя,

вместо источника постоянно текущей реки, смрадною кровью возмущенной,

11:8

во ѡ҆бличе́нїе младенцеꙋбі́йственнагѡ повелѣ́нїѧ, да́лъ є҆сѝ и҆̀мъ и҆з̾ѻби́лнꙋ во́дꙋ безнаде́жнѡ,

во обличение младенцеубийственнаго повеления, дал еси им изобилну воду безнадежно,

в обличение их детоубийственного повеления, Ты неожиданно дал им обильную воду,

11:9

показа́въ тогда̀ жа́ждею, ка́кѡ проти́вныхъ ᲂу҆мꙋ́чилъ є҆сѝ.

показав тогда жаждею, како противных умучил еси.

показав тогда чрез жажду, как Ты наказал их противников.

11:10

Є҆гда́ бо и҆скꙋше́ни бы́ша и҆ въ ми́лости нака́зани, позна́ша, ка́кѡ во гнѣ́вѣ сꙋди́мїи нечести́вїи мꙋ́чишасѧ:

Егда бо искушени быша и в милости наказани, познаша, како во гневе судимии нечестивии мучишася:

Ибо, когда они были испытываемы, подвергаясь, впрочем, милостивому вразумлению, тогда познали, как мучились во гневе судимые нечестивые;

11:11

си́хъ бо ꙗ҆́кѡ ѻ҆ц҃ъ ᲂу҆ча́щь и҆скꙋси́лъ є҆сѝ, ѻ҆́нѣхъ же ꙗ҆́кѡ же́стокъ цр҃ь ѡ҆сꙋжда́ѧ и҆стѧза́лъ є҆сѝ.

сих бо яко отец учащь искусил еси, онехъ же яко жесток царь осуждая истязал еси.

потому что их Ты испытывал, как отец, поучая, а тех, как гневный царь, осуждая, истязал.

11:12

Ѿстоѧ́щїи же и҆ присꙋ́тствꙋющїи та́кожде мꙋ́чишасѧ:

отстоящии же и присутствующии такожде мучишася:

И отсутствовавшие и присутствовавшие одинаково пострадали:

11:13

сꙋгꙋ́ба бо и҆̀хъ прїѧ́тъ печа́ль и҆ стена́нїе съ па́мѧтїю минꙋ́вшихъ.

сугуба бо их прият печаль и стенание с памятию минувших.

их постигла сугубая скорбь и стенание от воспоминания о прошедшем.

11:14

Є҆гда́ бо слы́шахꙋ свои́ми мꙋчє́нїи благодѣ́йствꙋемыхъ ѻ҆́ныхъ, познава́хꙋ гдⷭ҇а:

Егда бо слышаху своими мучении благодействуемыхъ оных, познаваху господа:

Они, когда услышали, что чрез их наказания те были облагодетельствованы, познали Господа.

11:15

є҆го́же бо дре́вле во ѿложе́нїи ѿве́ржена ѿреко́шасѧ смѣю́щесѧ, при концы̀ собы́тїѧ ᲂу҆диви́шасѧ, неподо́бною пра́вєднымъ томи́ми жа́ждею.

егоже бо древле во отложении отвержена отрекошася смеющеся, при концы события удивишася, неподобною праведнымъ томими жаждею.

Кого они прежде, как отверженного, отреклись с ругательством, Тому в последствие событий удивлялись, потерпев неодинаковую с праведными жажду.

11:16

За помышлє́нїѧ же безꙋ̑мнаѧ непра́вды и҆́хъ, въ ни́хже заблꙋди́вше почита́хꙋ безсловє́снаѧ пресмыка̑ющаѧсѧ и҆ ѕвѣре́й хꙋды́хъ, посла́лъ є҆сѝ и҆̀мъ мно́жество безслове́сныхъ живо́тныхъ во ѿмще́нїе,

За помышления же безумная неправды их, в нихже заблудивше почитаху безсловесная пресмыкающаяся и зверей худых, послал еси им множество безсловесных животных во отмщение,

А за неразумные помышления их неправды, по которым они в заблуждении служили бессловесным пресмыкающимся и презренным чудовищам, Ты в наказание наслал на них множество бессловесных животных,

11:17

да позна́ютъ, ꙗ҆́кѡ и҆́миже кто̀ согрѣша́етъ, си́ми и҆ мꙋ́читсѧ.

да познают, яко имиже кто согрешает, сими и мучится.

чтобы они познали, что, чем кто согрешает, тем и наказывается.

11:18

Не неможа́ше бо всеси́льнаѧ рꙋка̀ твоѧ̀, ꙗ҆́же сотворѝ мі́ръ ѿ без̾ѡбра́знагѡ вещества̀, посла́ти на ни́хъ мно́жество медвѣ́дей, и҆лѝ лю́тыхъ львѡ́въ,

Не неможаше бо всесильная рука твоя, яже сотвори миръ от безобразнаго вещества, послати на них множество медведей, или лютых львов,

Не невозможно было бы для всемогущей руки Твоей, создавшей мир из необразного вещества, наслать на них множество медведей или свирепых львов,

11:19

и҆лѝ новосозда́нныхъ ꙗ҆́рости и҆спо́лненыхъ ѕвѣре́й незна́емыхъ, и҆лѝ ѻ҆́гненнымъ ды́шꙋщихъ дꙋ́хомъ, и҆лѝ ѕлосмра́дный произносѧ́щихъ ды́мъ, и҆лѝ стра̑шныѧ и҆з̾ ѻ҆че́й и҆́скры и҆спꙋска́ющихъ:

или новосозданных ярости исполненых зверей незнаемых, или огненным дышущих духом, или злосмрадный произносящихъ дым, или страшныя из очей искры испускающих:

или неизвестных новосозданных лютых зверей, или дышащих огненным дыханием, или извергающих клубы дыма, или бросающих из глаз ужасные искры,

11:20

и҆́хже не то́кмѡ вре́дъ можа́ше и҆стреби́ти ѧ҆̀, но и҆ зра́къ ᲂу҆страша́ющь погꙋби́ти.

ихже не токмо вред можаше истребити я, но и зракъ устрашающь погубити.

которые не только повреждением могли истребить их, но и ужасающим видом погубить.

11:21

И҆ без̾ тѣ́хъ, є҆ди́нымъ дꙋ́хомъ па́сти мого́ша, ѿ сꙋда̀ гони́ми и҆ развѣ́ѧни ѿ дх҃а си́лы твоеѧ̀: но всѧ̑ мѣ́рою и҆ число́мъ и҆ вѣ́сомъ расположи́лъ є҆сѝ.

И без тех, единым духом пасти могоша, от суда гоними и развеяни от духа силы твоея: но вся мерою и числом и весом расположил еси.

Да и без этого они могли погибнуть от одного дуновения, преследуемые правосудием и рассеваемые духом силы Твоей; но Ты все расположил мерою, числом и весом.

11:22

Є҆́же бо мно́гѡ мощѝ, присꙋ́тствꙋетъ тебѣ̀ всегда̀, и҆ держа́вѣ мы́шцы твоеѧ̀ кто̀ сопроти́витсѧ;

Еже бо много мощи, присутствует тебе всегда, и державе мышцы твоея кто сопротивится?

Ибо великая сила всегда присуща Тебе, и кто противостанет силе мышцы Твоей?

11:23

Поне́же, ꙗ҆́коже стра́жикъ въ превѣ́сѣхъ, (та́кѡ) ве́сь мі́ръ пред̾ тобо́ю, и҆ ꙗ҆́кѡ ка́плѧ росы̀ ᲂу҆́треннїѧ, сходѧ́щїѧ на зе́млю.

Понеже, якоже стражик в превесех, (тако) весь мир пред тобою, и яко капля росы утренния, сходящия на землю.

Весь мир пред Тобою, как колебание чашки весов, или как капля утренней росы, сходящей на землю.

11:24

Ми́лꙋеши же всѣ́хъ, ꙗ҆́кѡ всѧ̑ мо́жеши, и҆ презира́еши грѣхѝ человѣ́кѡмъ въ покаѧ́нїе.

Милуеши же всех, яко вся можеши, и презираеши грехи человеком в покаяние.

Ты всех милуешь, потому что все можешь, и покрываешь грехи людей ради покаяния.

11:25

Лю́биши же сꙋ̑щаѧ всѧ̑, и҆ ни чесогѡ́же гнꙋша́ешисѧ, ꙗ҆̀же сотвори́лъ є҆сѝ: ниже́ бо ненави́дѧ что̀ ᲂу҆стро́илъ є҆сѝ.

Любиши же сущая вся, и ни чесогоже гнушаешися, яже сотворил еси: ниже бо ненавидя что устроил еси.

Ты любишь все существующее, и ничем не гнушаешься, что сотворил, ибо не создал бы, если бы что ненавидел.

11:26

Ка́кѡ же пребы́ло бы что̀, а҆́ще бы ты̀ не и҆зво́лилъ є҆сѝ; и҆лѝ, є҆́же не нарѣче́но ѿ тебє̀, сохрани́лосѧ бы;

Како же пребыло бы что, аще бы ты не изволил еси? или, еже не наречено от тебе, сохранилося бы?

И как могло бы пребывать что-либо, если бы Ты не восхотел? Или как сохранилось бы то, что не было призвано Тобою?

11:27

Щади́ши же всѧ̑, ꙗ҆́кѡ твоѧ̑ сꙋ́ть, влⷣко дш҃елю́бче!

Щадиши же вся, яко твоя суть, владыко душелюбче!

Но Ты все щадишь, потому что все Твое, душелюбивый Господи.

Глава 12

12:1

Нетлѣ́нный бо дх҃ъ тво́й є҆́сть во всѣ́хъ.

Нетленный бо дух твой есть во всех.

Нетленный Твой дух пребывает во всем.

12:2

Тѣ́мже заблꙋжда́ющихъ пома́лꙋ ѡ҆блича́еши, и҆ въ ни́хже согрѣша́ютъ, воспомина́ѧ ᲂу҆чи́ши, да премѣни́вшесѧ ѿ ѕло́бы вѣ́рꙋютъ въ тѧ̀, гдⷭ҇и.

Темже заблуждающих помалу обличаеши, и в нихже согрешают, воспоминая учиши, да пременившеся от злобы веруютъ в тя, господи.

Посему заблуждающихся Ты мало-помалу обличаешь и, напоминая им, в чем они согрешают, вразумляешь, чтобы они, отступив от зла, уверовали в Тебя, Господи.

12:3

И҆ дре́внихъ бо ѡ҆бита́телей землѝ ст҃ы́ѧ твоеѧ̀ возненави́дѣвъ,

И древних бо обитателей земли святыя твоея возненавидев,

Так, возгнушавшись древними обитателями святой земли Твоей,

12:4

ра́ди дѣѧ́нїй ѕлы́хъ волшве́нїй, ꙗ҆̀же творѧ́хꙋ, и҆ же́ртвъ непреподо́бныхъ,

ради деяний злых волшвений, яже творяху, и жертвъ непреподобных,

совершавшими ненавистные дела волхвований и нечестивые жертвоприношения,

12:5

и҆ чадоꙋбі́йцъ неми́лостивыхъ, и҆ ᲂу҆тробоѧ́дцєвъ человѣ́ческихъ пло́тей, и҆ кровопі́йцєвъ ѿ среды̀ ст҃ы́ни твоеѧ̀,

и чадоубийц немилостивых, и утробоядцев человеческихъ плотей, и кровопийцев от среды святыни твоея,

и безжалостными убийцами детей, и на жертвенных пирах пожиравшими внутренности человеческой плоти и крови в тайных собраниях,

12:6

и҆ роди́телей ᲂу҆би́вшихъ дꙋ́шы безпомѡ́щныѧ, восхотѣ́лъ є҆сѝ погꙋби́ти рꙋка́ми ѻ҆тє́цъ на́шихъ:

и родителей убивших души безпомощныя, восхотелъ еси погубити руками отец наших:

и родителями, убивавшими беспомощные души, — Ты восхотел погубить их руками отцов наших,

12:7

да досто́йное прїи́метъ преселе́нїе ѻ҆трокѡ́въ бж҃їихъ, ꙗ҆́же ᲂу҆ тебє̀ всѣ́хъ дража́йшаѧ землѧ̀.

да достойное приимет преселение отроков божиих, яже у тебе всех дражайшая земля.

дабы земля, драгоценнейшая всех у Тебя, приняла достойное население чад Божиих.

12:8

Но и҆ си́хъ ꙗ҆́кѡ человѣ́кѡвъ пощади́лъ є҆сѝ, посла́лъ же є҆сѝ предтекꙋ́щыѧ во́инства твоегѡ̀ ѻ҆́сы, ꙗ҆́кѡ да тѣ́хъ пома́лꙋ и҆стребѧ́тъ.

Но и сих яко человеков пощадил еси, послалъ же еси предтекущия воинства твоего осы, яко да тех помалу истребят.

Но и их, как людей, Ты щадил, послав предтечами воинства Твоего шершней, дабы они мало-помалу истребляли их.

12:9

Не неси́ленъ є҆сѝ во бра́ни покори́ти нечести́выхъ пра́вєднымъ, и҆лѝ ѕвѣ́ремъ свирѣ̑пымъ, и҆лѝ сло́вомъ же́стокимъ до є҆ди́нагѡ потреби́ти:

Не несилен еси во брани покорити нечестивых праведным, или зверем свирепым, или словом жестоким до единаго потребити:

Хотя не невозможно было Тебе войною покорить нечестивых праведным, или истребить их страшными зверями, или грозным словом в один раз;

12:10

сꙋдѧ́щь же пома́лꙋ дава́лъ є҆сѝ мѣ́сто покаѧ́нїю, не невѣ́дѧй, ꙗ҆́кѡ лꙋка́въ ро́дъ и҆́хъ и҆ є҆сте́ственнаѧ ѕло́ба и҆́хъ, и҆ ꙗ҆́кѡ не премѣни́тсѧ помышле́нїе и҆́хъ во вѣ́къ.

судящь же помалу давал еси место покаянию, не неведяй, яко лукав род их и естественная злоба их, и яко не пременится помышление их во век.

но Ты, мало-помалу наказывая их, давал место покаянию, зная, однако, что племя их негодное и зло их врожденное, и помышление их не изменится вовеки.

12:11

Сѣ́мѧ бо бѣ̀ про́клѧто ѿ нача́ла: нижѐ боѧ́йсѧ когѡ̀, ѿпꙋще́нїе даѧ́лъ є҆сѝ грѣхѡ́мъ и҆́хъ.

Семя бо бе проклято от начала: ниже бояйся кого, отпущение даял еси грехом их.

Ибо семя их было проклятое от начала, и не из опасения перед кем-либо Ты допускал безнаказанность грехов их.

12:12

Кто́ бо рече́тъ (тебѣ̀): что̀ сотвори́лъ є҆сѝ; И҆лѝ кто̀ ста́нетъ проти́вꙋ сꙋдꙋ̀ твоемꙋ̀; кто́ же и҆стѧ́жетъ тѧ̀ ѡ҆ ꙗ҆зы́цѣхъ поги́бшихъ, и҆̀хже ты̀ сотвори́лъ є҆сѝ; и҆лѝ кто̀ въ предста́телство тебѣ̀ прїи́детъ, ѿмсти́тель на непра́вєдныѧ человѣ́ки;

Кто бо речет (тебе): что сотворил еси? Или кто станет противу суду твоему? кто же истяжет тя о языцехъ погибших, ихже ты сотворил еси? или кто в предстателство тебе приидет, отмститель на неправедныя человеки?

Ибо кто скажет: «что Ты сделал?»- или кто противостанет суду Твоему? и кто обвинит Тебя в погублении народов, которых Ты сотворил? Или какой защитник придет к Тебе с ходатайством за неправедных людей?

12:13

Нѣ́сть бо и҆́нъ бг҃ъ ра́звѣ тебє̀, и҆́же ради́ши ѡ҆ всѣ́хъ, да пока́жеши, ꙗ҆́кѡ не непра́вѡ сꙋди́лъ є҆сѝ.

Несть бо ин бог разве тебе, иже радиши о всех, да покажеши, яко не неправо судил еси.

Ибо, кроме, Тебя нет Бога, который имеет попечение о всех, чтобы доказывать Тебе, что Ты несправедливо судил.

12:14

Нижѐ ца́рь, и҆лѝ мꙋчи́тель проти́вꙋ тебє̀ воззрѣ́ти мо́жетъ, ѡ҆ и҆́хже погꙋби́лъ є҆сѝ.

Ниже царь, или мучитель противу тебе воззрети может, о ихже погубил еси.

Ни царь, ни властелин не в состоянии явиться к Тебе на глаза за тех, которых Ты погубил.

12:15

Првⷣнъ же сы́й, првⷣнѡ всѧ̑ ᲂу҆правлѧ́еши, недо́лжнаго же мꙋ́читисѧ ѡ҆сꙋди́ти чꙋ́ждо мни́ши твоеѧ̀ си́лы.

праведн же сый, праведно вся управляеши, недолжнаго же мучитися осудити чуждо мниши твоея силы.

Будучи праведен, Ты всем управляешь праведно, почитая не свойственным Твоей силе осудить того, кто не заслуживает наказания.

12:16

Крѣ́пость бо твоѧ̀ пра́вды нача́ло и҆ є҆́же над̾ всѣ́ми твоѐ влⷣчество, всѣ́хъ щадѣ́ти твори́тъ.

Крепость бо твоя правды начало и еже над всеми твое владычество, всех щадети творит.

Ибо сила Твоя есть начало правды, и то самое, что Ты господствуешь над всеми, располагает Тебя щадить всех.

12:17

Крѣ́пость бо показꙋ́еши невѣ́рꙋющымъ ѡ҆ соверше́нствѣ си́лы, а҆ въ вѣ́дꙋщихъ де́рзость ѡ҆блича́еши.

Крепость бо показуеши неверующим о совершенстве силы, а в ведущих дерзость обличаеши.

Силу Твою Ты показываешь не верующим всемогуществу Твоему, и в не признающих Тебя обличаешь дерзость;

12:18

Ты́ же влⷣчествꙋѧй си́лою въ кро́тости сꙋ́диши и҆ съ вели́кимъ щадѣ́нїемъ разсмотрѧ́еши на́съ: съ тобо́ю бо є҆́сть, є҆гда̀ хо́щеши, є҆́же мощѝ.

Ты же владычествуяй силою в кротости судиши и с великимъ щадением разсмотряеши нас: с тобою бо есть, егда хощеши, еже мощи.

но, обладая силою, Ты судишь снисходительно и управляешь нами с великою милостью, ибо могущество Твое всегда в Твоей воле.

12:19

Наꙋчи́лъ же є҆сѝ лю́ди твоѧ̑ сицевы́ми дѣ́лы, ꙗ҆́кѡ подоба́етъ пра́ведномꙋ бы́ти человѣколю́бцꙋ, и҆ благонадє́жны сотвори́лъ є҆сѝ сн҃ы твоѧ̑, ꙗ҆́кѡ дае́ши ѡ҆ грѣсѣ́хъ покаѧ́нїе.

Научил же еси люди твоя сицевыми делы, яко подобаетъ праведному быти человеколюбцу, и благонадежны сотворилъ еси сыны твоя, яко даеши о гресех покаяние.

Но такими делами Ты поучал народ Твой, что праведному должно быть человеколюбивым, и внушал сынам Твоим благую надежду, что Ты даешь время покаяния во грехах.

12:20

А҆́ще бо врагѝ ѻ҆трокѡ́въ твои́хъ и҆ до́лжныхъ сме́рти съ толи́кимъ мꙋ́чилъ є҆сѝ внѧ́тїемъ и҆ щадѣ́нїемъ, даѧ́й времена̀ и҆ мѣ́сто, и҆́миже бы и҆змѣни́лисѧ ѿ ѕло́бы:

Аще бо враги отроков твоих и должных смерти с толиким мучил еси внятием и щадением, даяй времена и место, имиже бы изменилися от злобы:

Ибо, если врагов сынам Твоим и повинных смерти Ты наказывал с таким снисхождением и пощадою, давая им время и побуждение освободиться от зла,

12:21

съ коли́кимъ прилѣжа́нїемъ сꙋди́лъ є҆сѝ сн҃ы твоѧ̑, и҆́хже ѻ҆тцє́мъ клѧ̑твы и҆ завѣ́ты да́лъ є҆сѝ благи́хъ ѡ҆бѣща́нїй.

с коликим прилежанием судил еси сыны твоя, ихже отцем клятвы и заветы дал еси благих обещаний.

то с каким вниманием Ты судил сынов Твоих, которых отцам Ты дал клятвы и заветы благих обетований!

12:22

На́съ ᲂу҆̀бо наказꙋ́ѧ, врагѝ на́шѧ тма́ми бїе́ши, да бл҃госты́ню твою̀ помышлѧ́емъ сꙋдѧ́ще, сꙋди́ми же ча́емъ ми́лости.

Нас убо наказуя, враги наша тмами биеши, да благостыню твою помышляем судяще, судими же чаем милости.

Итак, вразумляя нас, Ты наказываешь врагов наших тысячекратно, дабы мы, когда судим, помышляли о Твоей благости и, когда бываем судимы, ожидали помилования.

12:23

Ѿѻнꙋ́дꙋже и҆ непра́ведныхъ, во безꙋ́мїи пожи́вшихъ живо́тъ, сво́йственными и҆́хъ ме́рзостьми мꙋ́чилъ є҆сѝ,

отонудуже и неправедных, во безумии поживших живот, свойственными их мерзостьми мучил еси,

Посему-то и тех нечестивых, которые проводили жизнь в неразумии, Ты истязал собственными их мерзостями,

12:24

и҆́бо въ пꙋте́хъ заблꙋжде́нїѧ должа́е заблꙋди́ша, бо́ги мнѧ́ще, ꙗ҆̀же и҆ во живо́тныхъ вра́жїихъ безчє́стна, а҆́ки младе́нцы безꙋ́мнїи прельсти́вшесѧ.

ибо в путех заблуждения должае заблудиша, боги мняще, яже и во животных вражиих безчестна, аки младенцы безумнии прельстившеся.

ибо они очень далеко уклонились на путях заблуждения, обманываясь, подобно неразумным детям, и почитая за богов тех из животных, которые и у врагов были презренными.

12:25

Сегѡ̀ ра́ди ꙗ҆́кѡ ѻ҆трокѡ́мъ несмы́слєннымъ сꙋ́дъ въ порꙋга́нїе посла́лъ є҆сѝ:

Сего ради яко отроком несмысленным суд въ поругание послал еси:

Посему, как неразумным детям, в посмеяние послал Ты им и наказание.

12:26

и҆̀же порꙋга́ньми преще́нїѧ не наказа́вшесѧ, досто́йна сꙋда̀ бж҃їѧ и҆скꙋ́сѧтъ.

иже поруганьми прещения не наказавшеся, достойна суда божия искусят.

Но, не вразумившись обличительным посмеянием, они испытывали заслуженный суд Божий.

12:27

Въ ни́хже бо ті́и стра́ждꙋще негодова́хꙋ, въ си́хъ, и҆̀хже мнѧ́хꙋ бы́ти бо́ги, въ тѣ́хъ мꙋ́чими, ви́дѧще є҆го́же пре́жде ѿмета́хꙋсѧ зна́ти,

В нихже бо тии страждуще негодоваху, в сих, ихже мняху быти боги, в тех мучими, видяще егоже прежде отметахуся знати,

Ибо, что они сами терпели с досадою, то же увидев на тех, которых считали богами и чрез которых были наказываемы, они познали Бога истинного, Которого прежде отрекались знать;

12:28

бг҃а и҆́стиннаго позна́ша: тѣ́мже и҆ коне́цъ ѡ҆сꙋжде́нїѧ прїи́де на нѧ̀.

бога истиннаго познаша: темже и конец осуждения прииде на ня.

посему и пришло на них окончательное осуждение.

Глава 13

13:1

Сꙋ́етни ᲂу҆̀бо всѝ человѣ́цы є҆сте́ственнѣ, въ ни́хже ѡ҆брѣта́етсѧ невѣ́дѣнїе ѡ҆ бз҃ѣ, и҆ ѿ ви́димыхъ бла̑гъ не возмого́ша ᲂу҆разꙋмѣ́ти сꙋ́щаго, ни дѣлѡ́мъ вне́млюще позна́ша хитреца̀:

Суетни убо вси человецы естественне, въ нихже обретается неведение о бозе, и от видимыхъ благ не возмогоша уразумети сущаго, ни делом внемлюще познаша хитреца:

Подлинно суетны по природе все люди, у которых не было ведения о Боге, которые из видимых совершенств не могли познать Сущего и, взирая на дела, не познали Виновника,

13:2

но и҆лѝ ѻ҆́гнь, и҆лѝ дꙋ́хъ, и҆лѝ ско́ръ воздꙋ́хъ, и҆лѝ крꙋ́гъ ѕвѣ́здный, и҆лѝ ѕѣ́лнꙋю во́дꙋ, и҆лѝ свѣти̑ла небє́снаѧ, строи́тєли мі́рꙋ бо́ги (бы́ти) возмнѣ́ша.

но или огнь, или дух, или скор воздух, или круг звездный, или зелную воду, или светила небесная, строители миру боги (быти) возмнеша.

а почитали за богов, правящих миром, или огонь, или ветер, или движущийся воздух, или звездный круг, или бурную воду, или небесные светила.

13:3

И҆́хже а҆́ще ᲂу҆́бѡ красото́ю ᲂу҆слажда́ющесѧ, сїѧ̑ бо́ги возмнѣ́ша, да ᲂу҆вѣ́дѧтъ, коли́кѡ си́хъ влⷣка є҆́сть лꙋ́чшїй: красоты́ бо родонача́лникъ созда̀ ѧ҆̀.

Ихже аще убо красотою услаждающеся, сия боги возмнеша, да уведят, колико сих владыка есть лучший: красоты бо родоначалник созда я.

Если, пленяясь их красотою, они почитали их за богов, то должны были бы познать, сколько лучше их Господь, ибо Он, Виновник красоты, создал их.

13:4

А҆́ще же си́лѣ и҆ дѣ́йствїю ᲂу҆диви́шасѧ, да ᲂу҆разꙋмѣ́ютъ ѿ ни́хъ, коли́кѡ сотвори́вый сїѧ̑ си́льнѣйшїй є҆́сть:

Аще же силе и действию удивишася, да уразумеютъ от них, колико сотворивый сия сильнейший есть:

А если удивлялись силе и действию их, то должны были бы узнать из них, сколько могущественнее Тот, Кто сотворил их;

13:5

ѿ вели́чества бо красоты̀ созда́нїй сравни́телнѡ рододѣ́латель и҆́хъ познава́етсѧ.

от величества бо красоты созданий сравнително рододелатель их познавается.

ибо от величия красоты созданий сравнительно познается Виновник бытия их.

13:6

Но ѻ҆ба́че на си́хъ є҆́сть ᲂу҆ничиже́нїе ма́ло, и҆́бо са́ми сі́и не́гли прельща́ютсѧ, бг҃а и҆́щꙋще и҆ хотѧ́ще ѡ҆брѣстѝ:

Но обаче на сих есть уничижение мало, ибо сами сии негли прельщаются, бога ищуще и хотяще обрести:

Впрочем, они меньше заслуживают порицания, ибо заблуждаются, может быть, ища Бога и желая найти Его:

13:7

въ дѣ́лѣхъ бо є҆гѡ̀ живꙋ́ще и҆зслѣ́дꙋютъ и҆ ᲂу҆вѣщава́ютсѧ зра́комъ, ꙗ҆́кѡ бла̑га ви̑димаѧ.

в делех бо его живуще изследуют и увещаваются зраком, яко блага видимая.

потому что, обращаясь к делам Его, они исследывают и убеждаются зрением, что все видимое прекрасно.

13:8

Па́ки нижѐ сі́и проще́нїѧ досто́йни:

Паки ниже сии прощения достойни:

Но и они неизвинительны:

13:9

а҆́ще бо толи́кѡ возмого́ша вѣ́дѣти, да возмо́гꙋтъ ᲂу҆разꙋмѣ́ти вѣ́къ, си́хъ же влⷣкꙋ ка́кѡ скорѣ́е не ѡ҆брѣто́ша;

аще бо толико возмогоша ведети, да возмогут уразумети век, сих же владыку како скорее не обретоша?

если они столько могли разуметь, что в состоянии были исследывать временный мир, то почему они тотчас не обрели Господа его?

13:10

Ѡ҆каѧ́нни же сꙋ́ть, и҆ въ ме́ртвыхъ ᲂу҆пова̑нїѧ и҆́хъ, и҆̀же назва́ша бо́ги дѣла̀ рꙋ́къ человѣ́ческихъ, зла́то и҆ сребро̀, хи́трости ᲂу҆мышле́нїе, и҆ подѡ́бїѧ живо́тныхъ, и҆лѝ ка́менїе неключи́мо, дѣ́ло рꙋкѝ дре́внїѧ.

окаянни же суть, и в мертвых упования их, иже назваша боги дела рук человеческих, злато и сребро, хитрости умышление, и подобия животных, или камение неключимо, дело руки древния.

Но более жалки те, и надежды их — на бездушных, которые называют богами дела рук человеческих, золото и серебро, изделия художества, изображения животных, или негодный камень, дело давней руки.

13:11

А҆́ще же кто̀ дровосѣ́чецъ тектѡ́нъ, ᲂу҆го́дное дре́во ѿсѣ́къ, ѡ҆те́шетъ благохꙋдо́жнѣ всю̀ корꙋ̀ є҆гѡ̀, и҆ хи́трствꙋѧ благолѣ́пнѣ сотвори́тъ ᲂу҆го́денъ сосꙋ́дъ во ᲂу҆потребле́нїе житїѧ̀,

Аще же кто дровосечец тектон, угодное древо отсек, отешет благохудожне всю кору его, и хитрствуя благолепне сотворит угоден сосуд во употребление жития,

Или какой-либо древодел, вырубив годное дерево, искусно снял с него всю кору и, обделав красиво, устроил из него сосуд, полезный к употреблению в жизни,

13:12

ѡ҆ста́нки же дѣ́ла на ᲂу҆гото́ванїе бра́шна и҆знꙋри́въ насы́тисѧ:

останки же дела на уготование брашна изнуривъ насытися:

а обрезки от работы употребил на приготовление пищи и насытился;

13:13

ѡ҆ста́нокъ же и҆́же ѿ ни́хъ ни во что̀ благопотре́бенъ, дре́во кри́во и҆ сꙋ́чїѧ по́лно, прїи́мъ и҆зваѧ̀ съ прилѣжа́нїемъ пра́здности своеѧ̀ и҆ и҆скꙋ́сствомъ ра́зꙋма и҆з̾ѡбразѝ є҆го̀, и҆ ᲂу҆подо́би є҆го̀ ѡ҆́бразꙋ человѣ́чꙋ,

останок же иже от них ни во что благопотребен, древо криво и сучия полно, приим извая с прилежаниемъ праздности своея и искусством разума изобрази его, и уподоби его образу человечу,

один же из обрезков, ни к чему не годный, дерево кривое и сучковатое, взяв, старательно округлил на досуге и, с опытностью знатока обделав его, уподобил его образу человека,

13:14

и҆лѝ нѣ́коемꙋ живо́тномꙋ ничто́жномꙋ ᲂу҆подо́би є҆го̀, пома́завъ ша́рами разли́чными и҆ ѡ҆червлени́въ ви́дъ є҆гѡ̀, и҆ всѧ́къ поро́къ, и҆́же на не́мъ є҆́сть, и҆зма́завъ,

или некоему животному ничтожному уподоби его, помазав шарами различными и очервленив вид его, и всяк порок, иже на нем есть, измазав,

или сделал подобным какому-нибудь низкому животному, намазал суриком и покрыл краскою поверхность его, и закрасил в нем всякий недостаток,

13:15

и҆ сотвори́въ є҆мꙋ̀ досто́йное є҆гѡ̀ ѡ҆бита́нїе, на стѣнѣ̀ поста́ви є҆̀, ᲂу҆крѣпи́въ желѣ́зомъ.

и сотворив ему достойное его обитание, на стене постави е, укрепив железом.

и, устроив для него достойное его место, повесил его на стене, укрепив железом.

13:16

Да не ᲂу҆́бѡ паде́тъ, пред̾ꙋмы́сли ѡ҆ не́мъ, вѣ́дый, ꙗ҆́кѡ не мо́жетъ помощѝ себѣ̀: и҆́бо і҆́дѡлъ є҆́сть и҆ тре́бꙋетъ по́мощи.

Да не убо падет, предумысли о нем, ведый, яко не может помощи себе: ибо идол есть и требуетъ помощи.

Итак, чтобы произведение его не упало, он наперед озаботился, зная, что оно само себе помочь не может, ибо это кумир и имеет нужду в помощи.

13:17

Ѡ҆ стѧжа́нїихъ же и҆ ѡ҆ бра́цѣхъ и҆ ча́дѣхъ свои́хъ молѧ́сѧ, не стыди́тсѧ къ бездꙋ́шномꙋ глаго́лѧ,

о стяжаниих же и о брацех и чадех своих моляся, не стыдится к бездушному глаголя,

Молясь же пред ним о своих стяжаниях, о браке и о детях, он не стыдится говорить бездушному,

13:18

и҆ ѡ҆ здра́вїи ᲂу҆́бѡ немощно́е призыва́етъ, и҆ ѡ҆ животѣ̀ ме́ртвое мо́литъ, и҆ въ по́мощь неключи́мое призыва́етъ,

и о здравии убо немощное призывает, и о животе мертвое молит, и в помощь неключимое призывает,

и о здоровье взывает к немощному, о жизни просит мертвое, о помощи умоляет совершенно неспособное, о путешествии — не могущее ступить,

13:19

и҆ ѡ҆ пꙋтеше́ствїи (про́ситъ) нижѐ ходи́ти могꙋ́щаго, и҆ ѡ҆ притѧжа́нїи и҆ дѣѧ́нїи и҆ ѡ҆ рꙋ́къ подтвержде́нїи некрѣ́пкаго рꙋка́ми, мꙋ́жества про́ситъ ѿ тогѡ̀, є҆́же всѣ́хъ є҆́сть немощнѣ́йшее.

и о путешествии (проситъ) ниже ходити могущаго, и о притяжании и деянии и о рук подтверждении некрепкаго руками, мужества просит от того, еже всех есть немощнейшее.

о прибытке, о ремесле и об успехе рук — совсем не могущее делать руками, о силе просит самое бессильное.

Глава 14

14:1

Плы́ти па́ки кто̀ помы́сливъ и҆ сверѣ̑пыѧ вѡ́лны преходи́ти, носѧ́щагѡ є҆го̀ кораблѧ̀ тлѣ́ннѣйшее дре́во призыва́етъ:

Плыти паки кто помыслив и сверепыя волны преходити, носящаго его корабля тленнейшее древо призывает:

Еще: иной, собираясь плыть и переплывать свирепые волны, призывает на помощь дерево, слабейшее носящего его корабля;

14:2

ѻ҆́ное бо жела́нїе пристѧжа́нїй ᲂу҆мы́сли, хитре́цъ же мꙋ́дростїю содѣ́ла:

оное бо желание пристяжаний умысли, хитрец же мудростию содела:

ибо стремление к приобретениям выдумало оный, а художник искусно устроил,

14:3

тво́й же, ѻ҆́ч҃е, ᲂу҆строѧ́етъ про́мыслъ: ꙗ҆́кѡ да́лъ є҆сѝ и҆ въ мо́ри пꙋ́ть и҆ въ волна́хъ стезю̀ крѣ́пкꙋю,

твой же, отче, устрояет промысл: яко далъ еси и в мори путь и в волнах стезю крепкую,

но промысл Твой, Отец, управляет кораблем, ибо Ты дал и путь в море и безопасную стезю в волнах,

14:4

показꙋ́ѧ, ꙗ҆́кѡ си́ленъ є҆сѝ ѿ всѧ́кагѡ спⷭ҇тѝ, а҆́ще и҆ без̾ хꙋдо́жества кто̀ взы́детъ.

показуя, яко силен еси от всякаго спасти, аще и без художества кто взыдет.

показывая, что Ты можешь от всего спасать, хотя бы кто отправлялся в море и без искусства.

14:5

Хо́щеши же, да не бꙋ́дꙋтъ пра̑здна дѣла̀ премⷣрости твоеѧ̀: сегѡ̀ ра́ди и҆ малѣ́йшемꙋ дре́вꙋ ввѣрѧ́ютъ человѣ́цы дꙋ́шы (своѧ̑), и҆ преходѧ́ще вѡ́лны кораблеце́мъ и҆зба́влени сꙋ́ть.

Хощеши же, да не будут праздна дела премудрости твоея: сего ради и малейшему древу вверяют человецы души (своя), и преходяще волны кораблецем избавлени суть.

Ты хочешь, чтобы не тщетны были дела Твоей премудрости; поэтому люди вверяют свою жизнь малейшему дереву и спасаются, проходя по волнам на ладье.

14:6

И҆ ѿ нача́ла бо, є҆гда̀ погиба́хꙋ го́рдїи и҆споли́ни, ᲂу҆пова́нїе мі́ра въ кораблецѣ̀ и҆збѣжа́вшее, ѡ҆ста́ви вѣ́кꙋ сѣ́мѧ рожде́нїѧ, рꙋко́ю твое́ю ᲂу҆стро́ено.

И от начала бо, егда погибаху гордии исполини, упование мира в кораблеце избежавшее, остави веку семя рождения, рукою твоею устроено.

Ибо и вначале, когда погубляемы были гордые исполины, надежда мира, управленная Твоею рукою, прибегнув к кораблю, оставила миру семя рода.

14:7

Благослове́но бо дре́во, и҆́мже быва́етъ пра́вда.

Благословено бо древо, имже бывает правда.

Благословенно дерево, чрез которое бывает правда!

14:8

Рꙋкотворе́нное же про́клѧто є҆́сть, и҆ сотвори́вый є҆̀: ꙗ҆́кѡ ѻ҆́въ ᲂу҆́бѡ содѣ́ла, сїе́ же тлѣ́нное бо́гомъ и҆менова́сѧ.

Рукотворенное же проклято есть, и сотворивый е: яко ов убо содела, сие же тленное богом именовася.

А это рукотворенное проклято и само, и сделавший его — за то, что сделал; а это тленное названо богом.

14:9

Въ ра́внѣ бо ненави̑дима сꙋ́ть бг҃ꙋ и҆ нече́ствꙋѧй, и҆ нече́стїе є҆гѡ̀:

В равне бо ненавидима суть богу и нечествуяй, и нечестие его:

Ибо равно ненавистны Богу и нечестивец и нечестие его;

14:10

и҆́бо сотворе́ное съ сотво́ршимъ мꙋ́чимо бꙋ́детъ.

ибо сотвореное с сотворшим мучимо будет.

и сделанное вместе со сделавшим будет наказано.

14:11

Сегѡ̀ ра́ди и҆ во і҆́дѡлѣхъ ꙗ҆зы́ческихъ бꙋ́детъ ка́знь, ꙗ҆́кѡ въ созда́нїи бж҃їи въ ме́рзость сотворе́ни сꙋ́ть и҆ въ собла́зны дꙋша́мъ человѣ́чєскимъ и҆ въ сѣ́ть нога́мъ бꙋ́ихъ.

Сего ради и во идолех языческих будет казнь, яко в создании божии в мерзость сотворени суть и въ соблазны душам человеческим и в сеть ногам буих.

Посему и на идолов языческих будет суд, так как они среди создания Божия сделались мерзостью, соблазном душ человеческих и сетью ногам неразумных.

14:12

Нача́ло бо блꙋже́нїѧ ᲂу҆мышле́нїе і҆́дѡлѡвъ: и҆з̾ѡбрѣ́тенїе же и҆́хъ тлѣ́нїе живота̀.

Начало бо блужения умышление идолов: изобретение же их тление живота.

Ибо вымысл идолов — начало блуда, и изобретение их — растление жизни.

14:13

Ниже́ бо бы́ша ѿ нача́ла, нижѐ бꙋ́дꙋтъ во вѣ́ки:

Ниже бо быша от начала, ниже будут во веки:

Не было их вначале, и не вовеки они будут.

14:14

тщесла́вїемъ бо человѣ́ческимъ внидо́ша въ мі́ръ, и҆ сегѡ̀ ра́ди кра́токъ и҆́хъ коне́цъ вмѣни́сѧ.

тщеславием бо человеческим внидоша в мир, и сего ради краток их конец вменися.

Они вошли в мир по человеческому тщеславию, и потому близкий сужден им конец.

14:15

Го́рькимъ бо пла́чемъ сѣ́тꙋѧ ѻ҆те́цъ ско́рѡ восхище́нагѡ ча́да ѡ҆́бразъ сотвори́въ, є҆го́же тогда̀ человѣ́ка ме́ртва, нн҃ѣ ꙗ҆́кѡ бо́га почтѐ: и҆ предадѐ подрꙋ̑чнымъ та̑йны и҆ жє́ртвы:

Горьким бо плачем сетуя отец скоро восхищенаго чада образ сотворив, егоже тогда человека мертва, ныне яко бога почте: и предаде подручным тайны и жертвы:

Отец, терзающийся горькою скорбью о рано умершем сыне, сделав изображение его, как уже мертвого человека, затем стал почитать его, как бога, и передал подвластным тайны и жертвоприношения.

14:16

пото́мъ вре́менемъ возмо́гшїй нечести́вый ѡ҆бы́чай, а҆́ки зако́нъ храни́мь бы́сть, и҆ мꙋчи́телей повелѣ́нїемъ почита́єма бѧ́хꙋ и҆зва̑ѧннаѧ:

потом временем возмогший нечестивый обычай, аки закон хранимь бысть, и мучителей повелением почитаема бяху изваянная:

Потом утвердившийся временем этот нечестивый обычай соблюдаем был, как закон, и по повелениям властителей изваяние почитаемо было, как божество.

14:17

и҆̀хже въ лицѐ не могꙋ́ще чествова́ти человѣ́цы да́льнагѡ ра́ди ѡ҆бита́нїѧ, и҆здале́ча лицѐ и҆з̾ѡбрази́вше, ꙗ҆́вный ѡ҆́бразъ почита́емагѡ царѧ̀ сотвори́ша, ꙗ҆́кѡ да ѿстоѧ́щаго а҆́ки бли́з̾ сꙋ́щаго ласка́ютъ со прилѣжа́нїемъ.

ихже в лице не могуще чествовати человецы дальнаго ради обитания, издалеча лице изобразивше, явный образ почитаемаго царя сотвориша, яко да отстоящаго аки близ сущаго ласкают со прилежанием.

Кого в лицо люди не могли почитать по отдаленности жительства, того отдаленное лицо они изображали: делали видимый образ почитаемого царя, дабы этим усердием польстить отсутствующему, как бы присутствующему.

14:18

Въ продолже́нїе же ѕлоче́стїѧ и҆ не разꙋмѣ́ющихъ принꙋ́ди хꙋдо́жниково любоче́стїе.

В продолжение же злочестия и не разумеющих принуди художниково любочестие.

К усилению же почитания и от незнающих поощряло тщание художника,

14:19

Се́й бо хотѧ̀ ᲂу҆годи́ти держа́вствꙋющемꙋ, произведѐ хи́тростїю (свое́ю) подо́бїе на лꙋ́чшее:

Сей бо хотя угодити державствующему, произведе хитростию (своею) подобие на лучшее:

ибо он, желая, может быть, угодить властителю, постарался искусством сделать подобие покрасивее;

14:20

мно́жество же человѣ̑къ, привлече́но благоѡбра́зїемъ дѣ́ла, пре́жде вма́лѣ чествова́наго человѣ́ка нн҃ѣ въ бо́га вмѣни́ша.

множество же человек, привлечено благообразием дела, прежде вмале чествованаго человека ныне в бога вмениша.

а народ, увлеченный красотою отделки, незадолго пред тем почитаемого, как человека, признал теперь божеством.

14:21

И҆ сїѐ бы́сть житїю̀ въ прельще́нїе, ꙗ҆́кѡ и҆лѝ ѕлоключе́нїю, и҆лѝ мꙋчи́телствꙋ послꙋжи́вше человѣ́цы, несоѻ́бщно и҆́мѧ ка́менїю и҆ древа́мъ ѡ҆бложи́ша.

И сие бысть житию в прельщение, яко или злоключению, или мучителству послуживше человецы, несообщно имя камению и древам обложиша.

И это было соблазном для людей, потому что они, покоряясь или несчастью, или тиранству, несообщимое Имя прилагали к камням и деревам.

14:22

Посе́мъ не дово́лно бѣ̀ прельща́тисѧ ѡ҆ бж҃їи ра́зꙋмѣ, но и҆ въ вели́цѣй живꙋ́ще безꙋ́мїѧ бра́ни, толи̑каѧ ѕла̑ѧ мі́ръ и҆менꙋ́ютъ.

Посем не доволно бе прельщатися о божии разуме, но и в велицей живуще безумия брани, толикая злая миръ именуют.

Потом не довольно было для них заблуждаться в познании о Боге, но они, живя в великой борьбе невежества, такое великое зло называют миром.

14:23

И҆́бо и҆лѝ дѣтоꙋбі́йствєнныѧ жє́ртвы, и҆лѝ сокровє́нныѧ та̑йны, и҆лѝ неи́стѡвныѧ ѿ и҆ны́хъ зако́нѡвъ пи́ршєства творѧ́ше,

Ибо или детоубийственныя жертвы, или сокровенныя тайны, или неистовныя от иных законов пиршества творяше,

Совершая или детоубийственные жертвы, или скрытные тайны, или заимствованные от чужих обычаев неистовые пиршества,

14:24

нижѐ житїѧ̀, нижѐ бра́кѡвъ чи́стыхъ є҆щѐ хранѧ́тъ: є҆ди́нъ же дрꙋга́го и҆лѝ навѣ́томъ ᲂу҆бива́етъ, и҆лѝ блꙋдѧ̀ ѡ҆скорблѧ́етъ.

ниже жития, ниже браков чистых еще хранят: един же другаго или наветом убивает, или блудя оскорбляет.

они не берегут ни жизни, ни чистых браков, но один другого или коварством убивает, или прелюбодейством обижает.

14:25

Всѧ̑ же смѣ́шєна сꙋ́ть, кро́вь и҆ ᲂу҆бі́йство, татьба̀ и҆ ле́сть, растлѣ́нїе, невѣ́рство, смѧте́нїе, заклина́нїе, молва̀ благи́хъ,

Вся же смешена суть, кровь и убийство, татьба и лесть, растление, неверство, смятение, заклинание, молва благих,

Всеми же без различия обладают кровь и убийство, хищение и коварство, растление, вероломство, мятеж, клятвопреступление, расхищение имуществ,

14:26

благода́ти забве́нїе, дꙋша́мъ ѡ҆скверне́нїе, рожде́нїю премѣне́нїе, бра́кѡвъ безчи́нїе, прелюбодѣѧ́нїе и҆ стꙋдодѣѧ́нїе.

благодати забвение, душам осквернение, рождению пременение, браков безчиние, прелюбодеяние и студодеяние.

забвение благодарности, осквернение душ, превращение полов, бесчиние браков, прелюбодеяние и распутство.

14:27

Недосто́йныхъ бо и҆́мене і҆́дѡлѡвъ слꙋже́нїе нача́ло всѧ́кагѡ ѕла̀, и҆ вина̀ и҆ коне́цъ є҆́сть:

Недостойных бо имене идолов служение начало всякаго зла, и вина и конец есть:

Служение идолам, недостойным именования, есть начало и причина, и конец всякого зла,

14:28

и҆́бо и҆лѝ веселѧ́щесѧ неи́стовствꙋютъ, и҆лѝ проро́чествꙋютъ лѡ́жнаѧ, и҆лѝ живꙋ́тъ непра́веднѣ, и҆лѝ кленꙋ́тсѧ ско́рѡ.

ибо или веселящеся неистовствуют, или пророчествуютъ ложная, или живут неправедне, или кленутся скоро.

ибо они или, веселясь, неистовствуют, или прорицают ложь, или живут беззаконно, или скоро нарушают клятву.

14:29

На бездꙋ̑шныѧ бо і҆́дѡлы надѣ́ющесѧ, ѕлѣ̀ кленꙋ́щесѧ казни́ми бы́ти не ча́ютъ.

На бездушныя бо идолы надеющеся, зле кленущеся казними быти не чают.

Надеясь на бездушных идолов, они не думают быть наказанными за то, что несправедливо клянутся.

14:30

За ѻ҆боѧ́ же на ни́хъ прїи́детъ сꙋ́дъ: поне́же ѕлѣ̀ мꙋ́дрствоваша ѡ҆ бз҃ѣ, вне́млюще і҆́дѡлѡмъ, и҆ непра́веднѡ клѧ́шасѧ ле́стїю, презрѣ́вше преподо́бїе.

За обоя же на них приидет суд: понеже зле мудрствоваша о бозе, внемлюще идолом, и неправедно кляшася лестию, презревше преподобие.

Но за то и другое придет на них осуждение, и за то, что нечестиво мыслили о Боге, обращаясь к идолам, и за то, что ложно клялись, коварно презирая святое.

14:31

Не бо̀ си́ла кленꙋ́щихъ, но согрѣша́ющымъ сꙋ́дъ нахо́дитъ всегда̀ на престꙋпле́нїе непра́ведныхъ.

Не бо сила кленущих, но согрешающим суд находитъ всегда на преступление неправедных.

Ибо не сила тех, которыми они клянутся, но суд над согрешающими следует всегда за преступлением неправедных.

Глава 15

15:1

Ты́ же бг҃ъ на́шъ бл҃гъ и҆ и҆́стиненъ, долготерпѣли́въ и҆ въ млⷭ҇ти ᲂу҆правлѧ́ѧй всѧ̑.

Ты же бог наш благ и истинен, долготерпеливъ и в милости управляяй вся.

Но Ты, Бог наш, благ и истинен, долготерпив и управляешь всем милостиво.

15:2

И҆́бо а҆́ще согрѣши́мъ, твоѝ є҆смы̀, вѣ́дꙋще держа́вꙋ твою̀: и҆ а҆́ще не согрѣши́мъ, вѣ́мы, ꙗ҆́кѡ тебѣ̀ вмѣни́хомсѧ.

Ибо аще согрешим, твои есмы, ведуще державу твою: и аще не согрешим, вемы, яко тебе вменихомся.

Если мы и согрешаем, мы — Твои, признающие власть Твою; но мы не будем грешить, зная, что мы признаны Твоими.

15:3

Є҆́же бо зна́ти тебѐ, всесоверше́на (є҆́сть) пра́вда, и҆ вѣ́дѣти держа́вꙋ твою̀, ко́рень є҆́сть безсме́ртїѧ.

Еже бо знати тебе, всесовершена (есть) правда, и ведети державу твою, корень есть безсмертия.

Знать Тебя есть полная праведность, и признавать власть Твою -корень бессмертия.

15:4

Ниже́ бо прельстѝ на́съ человѣ́ческое ѕлохи́трое ᲂу҆мышле́нїе, нижѐ сѣннопи́саныхъ трꙋ́дъ безпло́дный, ви́дъ и҆зва́ѧнъ разли́чными ша̑ры,

Ниже бо прельсти нас человеческое злохитрое умышление, ниже сеннописаных труд безплодный, вид изваян различными шары,

Не обольщает нас лукавое человеческое изобретение, ни бесплодный труд художников — изображения, испещренные различными красками,

15:5

и҆́хже зра́къ безꙋ̑мнымъ прихо́дитъ въ похотѣ́нїе, и҆ лю́бѧтъ ме́ртвагѡ ѡ҆́браза ви́дъ бездꙋ́шный.

ихже зрак безумным приходит в похотение, и любятъ мертваго образа вид бездушный.

взгляд на которые возбуждает в безумных похотение и вожделение к бездушному виду мертвого образа.

15:6

Ѕлы́хъ люби́телїе досто́йнїи таковы́хъ наде́ждъ и҆ творѧ́щїи, и҆ лю́бѧщїи, и҆ чествꙋ́ющїи.

злых любителие достойнии таковых надежд и творящии, и любящии, и чествующии.

И делающие, и похотствующие, и чествующие суть любители зла, достойные таких надежд.

15:7

И҆́бо скꙋде́льникъ, мѧ́гкꙋю зе́млю мнꙋ́щь со трꙋдо́мъ, дѣ́лаетъ ко слꙋже́нїю на́шемꙋ ко́еждо: но ѿ тогѡ́жде бре́нїѧ созда̀ и҆ ꙗ҆̀же чи́стыхъ дѣ́лъ слꙋжє́бныѧ сосꙋ́ды, и҆ сопроти̑вныѧ, всѧ̑ подо́бнѣ: си́хъ же ѻ҆бои́хъ коегѡ́ждо є҆́сть ᲂу҆потребле́нїе, сꙋдїѧ̀ є҆́сть бренодѣ́латель.

Ибо скудельник, мягкую землю мнущь со трудом, делаетъ ко служению нашему коеждо: но от тогожде брения созда и яже чистых дел служебныя сосуды, и сопротивныя, вся подобне: сих же обоих коегождо есть употребление, судия есть бреноделатель.

Горшечник мнет мягкую землю, заботливо лепит всякий сосуд на службу нашу; из одной и той же глины выделывает сосуды, потребные и для чистых дел и для нечистых — все одинаково; но какое каждого из них употребление, судья — тот же горшечник.

15:8

И҆ ѕлотрꙋ́дникъ бо́га сꙋ́етна ѿ тогѡ́жде твори́тъ бре́нїѧ, и҆́же ма́лѡ пре́жде ѿ землѝ сотворе́нъ бы́въ, по ма́лѣ и҆́детъ, и҆з̾ неѧ́же взѧ́тъ бы́сть, и҆стѧ́занъ ѡ҆ дꙋше́внѣмъ долзѣ̀.

И злотрудник бога суетна от тогожде творит брения, иже мало прежде от земли сотворен быв, по мале идет, из неяже взят бысть, истязан о душевнем долзе.

И суетный труженик из той же глины лепит суетного бога, тогда как сам недавно родился из земли и вскоре пойдет туда же, откуда он взят, и взыщется с него долг души его.

15:9

Но є҆́сть є҆мꙋ̀ прилѣжа́нїе, не ꙗ҆́кѡ и҆́мать трꙋди́тисѧ, нижѐ ꙗ҆́кѡ краткоконе́чно житїѐ и҆́мать: но ревнꙋ́етъ златодѣ́лателємъ и҆ сребролїѧ́телємъ, и҆ мѣ́ди дѣ́лателємъ подража́етъ, и҆ сла́вꙋ мни́тъ, ꙗ҆́кѡ сквє́рнаѧ дѣ́лаетъ.

Но есть ему прилежание, не яко имать трудитися, ниже яко краткоконечно житие имать: но ревнуетъ златоделателем и сребролиятелем, и меди делателемъ подражает, и славу мнит, яко скверная делает.

Но у него забота не о том, что он должен много трудиться, и не о том, что жизнь его кратка; но он соревнует художникам золотых и серебряных изделий, и подражает медникам, и вменяет себе в славу, что делает мерзости.

15:10

Пе́пелъ бо є҆́сть се́рдце є҆гѡ̀, и҆ землѝ хꙋ́ждше ᲂу҆пова́нїе є҆гѡ̀, и҆ бре́нїѧ безче́стнѣе живо́тъ є҆гѡ̀:

Пепел бо есть сердце его, и земли хуждше упование его, и брения безчестнее живот его:

Сердце его — пепел, и надежда его ничтожнее земли, и жизнь его презреннее грязи;

15:11

ꙗ҆́кѡ не ᲂу҆вѣ́дѣ созда́вшагѡ є҆го̀, и҆ вдохнꙋ́вшагѡ є҆мꙋ̀ дꙋ́шꙋ дѣйстви́тельнꙋю, и҆ вдꙋ́нꙋвшагѡ дꙋ́хъ живо́тный.

яко не уведе создавшаго его, и вдохнувшаго ему душу действительную, и вдунувшаго дух животный.

ибо он не познал Сотворившего его и вдунувшего в него деятельную душу и вдохнувшего в него дух жизни.

15:12

Но вмѣни́ша и҆гра́лище бы́ти живо́тъ на́шъ, и҆ житїѐ всѐ ᲂу҆пражне́но на приѡбрѣ́тенїе: и҆́бо глаго́лютъ, ꙗ҆́кѡ подоба́етъ ѿкꙋ́дꙋ либо, а҆́ще и҆ ѿ ѕла̀, приѡбрѣта́ти.

Но вмениша игралище быти живот наш, и житие все упражнено на приобретение: ибо глаголют, яко подобаетъ откуду либо, аще и от зла, приобретати.

Они считают жизнь нашу забавою и житие прибыльною торговлею, ибо говорят, что должно же откуда-либо извлекать прибыль, хотя бы и из зла.

15:13

Се́й бо па́че всѣ́хъ вѣ́сть, ꙗ҆́кѡ согрѣша́етъ, ѿ вещества̀ землена́гѡ ᲂу҆дѡ́бныѧ къ сокрꙋше́нїю сосꙋ́ды и҆ и҆зваѧ̑нїѧ содѣва́ѧй.

Сей бо паче всех весть, яко согрешает, от вещества земленаго удобныя к сокрушению сосуды и изваяния содеваяй.

Впрочем такой более всех знает, что он грешит, делая из земляного вещества бренные сосуды и изваяния.

15:14

Вси́ же пребезꙋ́мнѣйшїи и҆ ѡ҆каѧ́ннѣйшїи, па́че дꙋшѝ младе́нческїѧ, вразѝ люді́й твои́хъ ѡ҆блада́вшїи и҆́ми:

Вси же пребезумнейшии и окаяннейшии, паче души младенческия, врази людий твоих обладавшии ими:

Самые же неразумные из всех и беднее умом самых младенцев — враги народа Твоего, угнетающие его,

15:15

ꙗ҆́кѡ всѧ̑ і҆́дѡлы ꙗ҆зы́чєски вмѣни́ша въ бо́ги, и҆̀мже нижѐ ѻ҆че́съ ᲂу҆потребле́нїе ко зрѣ́нїю, нижѐ но́здри въ привлече́нїе а҆́ера, нижѐ ᲂу҆́ши слы́шати, нижѐ пе́рсты рꙋ́къ во ѡ҆сѧза́нїе, и҆ но́ги и҆́хъ пра̑здны ко хожде́нїю.

яко вся идолы язычески вмениша в боги, имже ниже очес употребление ко зрению, ниже ноздри в привлечение аера, ниже уши слышати, ниже персты рук во осязание, и ноги их праздны ко хождению.

потому что они почитают богами всех идолов языческих, у которых нет употребления ни глаз для зрения, ни ноздрей для привлечения воздуха, ни ушей для слышания, ни перстов рук для осязания и которых ноги негодны для хождения.

15:16

Человѣ́къ бо сотворѝ и҆̀хъ, и҆ дꙋ́ха взаи́мъ взѧ́въ созда̀ и҆̀хъ: ни є҆ди́нъ бо человѣ́къ мо́жетъ себѣ̀ подо́бна бо́га созда́ти:

Человек бо сотвори их, и духа взаим взяв созда их: ни един бо человек может себе подобна бога создати:

Хотя человек сделал их, и заимствовавший дух образовал их, но никакой человек не может образовать бога, как он сам.

15:17

сме́ртенъ же сы́й ме́ртва дѣ́лаетъ рꙋка́ма беззако́нныма: лꙋ́чшїй бо є҆́сть і҆́дѡлѡвъ свои́хъ: (ꙗ҆́кѡ) се́й ᲂу҆́бѡ поживѐ, ѻ҆́нїи же никогда̀.

смертен же сый мертва делает рукама беззаконныма: лучший бо есть идолов своих: (яко) сей убо поживе, онии же никогда.

Будучи смертным, он делает нечестивыми руками мертвое, поэтому он превосходнее божеств своих, ибо он жил, а те — никогда.

15:18

И҆ живо́тныхъ ме́рзкихъ чтꙋ́тъ: безꙋ̑мнаѧ бо сравнѧ́ємаѧ и҆ны́хъ сꙋ́ть хꙋ́ждша.

И животных мерзких чтут: безумная бо сравняемая иных суть хуждша.

Притом они почитают животных самых отвратительных, которые по бессмыслию сравнительно хуже всех.

15:19

Нижѐ є҆ли́кѡ вожделѣ́ти ꙗ҆́кѡ въ лицы̀ живо́тныхъ бла̑га сꙋ́ть, ѿбѣго́ша же и҆ бж҃їѧ хвалы̀ и҆ блгⷭ҇ве́нїѧ є҆гѡ̀.

Ниже елико вожделети яко в лицы животных блага суть, отбегоша же и божия хвалы и благословения его.

Они даже некрасивы по виду, как другие животные, чтобы могли привлекать к себе, но лишены и одобрения Божия и благословения Его.

Глава 16

16:1

Сегѡ̀ ра́ди ѿ подо́бныхъ пострада́ша досто́йнѣ, и҆ мно́жествомъ ѕвѣре́й казне́ни бы́ша.

Сего ради от подобных пострадаша достойне, и множеством зверей казнени быша.

Посему они достойно были наказаны чрез подобных животных и терзаемы множеством чудовищ.

16:2

Вмѣ́стѡ мꙋче́нїѧ бла́го сотвори́лъ є҆сѝ лю́демъ твои̑мъ, въ похотѣ́нїе жела́нїѧ стра́нное вкꙋше́нїе, пи́щꙋ ᲂу҆гото́валъ є҆сѝ кра́стєли,

Вместо мучения благо сотворил еси людем твоим, в похотение желания странное вкушение, пищу уготовалъ еси крастели,

Вместо такого наказания Ты благодетельствовал народу Твоему: в удовлетворение прихоти их Ты приготовил им в насыщение необычайную пищу — перепелов,

16:3

да ѻ҆́ни ᲂу҆́бѡ вожделѣ́вшїи пи́щи, показа́нїемъ по́сланыхъ, и҆ ѿ нꙋ́жнагѡ хотѣ́нїѧ ѿвратѧ́тсѧ, сі́и же вма́лѣ скꙋ́дни бы́вше, и҆ стра́нна приѡбща́тсѧ вкꙋше́нїѧ.

да они убо вожделевшии пищи, показанием посланых, и от нужнаго хотения отвратятся, сии же вмале скудни бывше, и странна приобщатся вкушения.

дабы те, мучимые голодом, по отвратительному виду насланных гадов, отказывали и необходимому позыву на пищу, а эти, кратковременно потерпев недостаток, вкусили необычайной пищи.

16:4

Подоба́ше бо на ѻ҆́ныхъ ᲂу҆́бѡ неизбѣ́жнѣй нищетѣ̀ наитѝ мꙋчи́телствꙋющихъ, си̑мъ же то́кмѡ показа́ти, ка́кѡ вразѝ и҆́хъ мꙋ́чишасѧ.

Подобаше бо на оных убо неизбежней нищете наити мучителствующих, сим же токмо показати, како врази ихъ мучишася.

Ибо тех притеснителей должен был постигнуть неотвратимый недостаток, а этим только нужно было показать, как мучились враги их.

16:5

И҆́бо є҆гда̀ тѣ̑мъ на́йде же́стокъ ѕвѣре́й гнѣ́въ, и҆ ᲂу҆грызе́ньми сверѣ́пыхъ и҆стреблѧ́хꙋсѧ ѕмїє́въ,

Ибо егда тем найде жесток зверей гнев, и угрызеньми сверепых истребляхуся змиев,

И тогда, как постигла их ужасная ярость зверей и они были истребляемы угрызениями коварных змиев, гнев Твой не продолжился до конца.

16:6

но не до конца̀ пребы́сть гнѣ́въ тво́й: въ наказа́нїе же вма́лѣ смꙋще́ни бы́ша, зна́менїе и҆мѣ́юще спасе́нїѧ, на воспомина́нїе за́повѣди зако́на твоегѡ̀:

но не до конца пребысть гнев твой: в наказание же вмале смущени быша, знамение имеюще спасения, на воспоминание заповеди закона твоего:

Но они были смущены на краткое время для вразумления, получив знамение спасения на воспоминание о заповеди закона Твоего,

16:7

ѡ҆брати́выйсѧ бо не (ве́щїю) зри́мою цѣлѧ́шесѧ, но тобо́ю всѣ́хъ сп҃си́телемъ.

обративыйся бо не (вещию) зримою целяшеся, но тобою всех спасителем.

ибо обращавшийся исцелялся не тем, на что взирал, но Тобою, Спасителем всех.

16:8

И҆ въ се́мъ же показа́лъ є҆сѝ врагѡ́мъ на́шымъ, ꙗ҆́кѡ ты̀ є҆сѝ и҆збавлѧ́ѧй ѿ всѧ́кагѡ ѕла̀:

И в сем же показал еси врагом нашим, яко ты еси избавляяй от всякаго зла:

И этим Ты показал врагам нашим, что Ты — избавляющий от всякого зла:

16:9

тѣ́хъ бо а҆крі̑ды и҆ мꙋ̑хи поби́ша ᲂу҆грызе́нїемъ, и҆ не ѡ҆брѣ́тесѧ цѣльба̀ дꙋша́мъ и҆́хъ, ꙗ҆́кѡ досто́йни бѧ́хꙋ ѿ таковы́хъ мꙋ́читисѧ.

тех бо акриды и мухи побиша угрызением, и не обретеся цельба душам их, яко достойни бяху от таковых мучитися.

ибо их убивали уязвления саранчи и мух, и не нашлось врачевства для души их, потому что они достойны были мучения от сих.

16:10

Сынѡ́въ же твои́хъ нижѐ ꙗ҆дови́тыхъ ѕмїє́въ зꙋ́бы ѡ҆долѣ́ша: млⷭ҇ть бо твоѧ̀ прихожда́ше и҆ и҆зцѣлѧ́ше и҆̀хъ.

Сынов же твоих ниже ядовитых змиев зубы одолеша: милость бо твоя прихождаше и изцеляше их.

А сынов Твоих не одолели и зубы ядовитых змиев, ибо милость Твоя пришла на помощь и исцелила их.

16:11

Въ па́мѧть бо слове́съ твои́хъ бѧ́хꙋ ᲂу҆сѣ́чени и҆ ско́рѡ и҆зцѣлѧ́хꙋсѧ, да не во глꙋбинꙋ̀ впа́дше забве́нїѧ ѿлꙋча́тсѧ твоегѡ̀ бл҃годѣѧ́нїѧ:

В память бо словес твоих бяху усечени и скоро изцеляхуся, да не во глубину впадше забвения отлучатся твоего благодеяния:

Хотя они и были уязвляемы в напоминание им слов Твоих, но скоро были и исцеляемы, дабы, впав в глубокое забвение оных, не лишились Твоего благодеяния.

16:12

ниже́ бо ѕе́лїе, нижѐ ѡ҆бѧза́нїе и҆зцѣлѝ и҆̀хъ, но сло́во твоѐ, гдⷭ҇и, и҆зцѣлѧ́ющее всѧ̑.

ниже бо зелие, ниже обязание изцели их, но слово твое, господи, изцеляющее вся.

Не трава и не пластырь врачевали их, но Твое, Господи, всеисцеляющее слово.

16:13

Ты́ бо живота̀ и҆ сме́рти вла́сть и҆́маши, и҆ низво́диши да́же до вра́тъ а҆́да, и҆ возво́диши.

Ты бо живота и смерти власть имаши, и низводиши даже до врат ада, и возводиши.

Ты имеешь власть жизни и смерти и низводишь до врат ада и возводишь.

16:14

Человѣ́къ же ᲂу҆бива́етъ ᲂу҆́бѡ ѕло́бою свое́ю: и҆зше́дшагѡ же дꙋ́ха не возврати́тъ, нижѐ па́ки призыва́етъ дꙋ́шꙋ взѧ́тꙋю.

Человек же убивает убо злобою своею: изшедшаго же духа не возвратит, ниже паки призывает душу взятую.

Человек по злобе своей убивает, но не может возвратить исшедшего духа и не может призвать взятой души.

16:15

Твоеѧ́ же рꙋкѝ и҆збѣжа́ти невозмо́жно є҆́сть:

Твоея же руки избежати невозможно есть:

А Твоей руки невозможно избежать,

16:16

ѿмета́ющїисѧ бо тебѐ вѣ́дѣти нечести́вїи, въ крѣ́пости мы́шцы твоеѧ̀ бїе́ни бы́ша стра́нными дождьмѝ и҆ гра́дами, и҆ бꙋ́рѧми гони́ми неизбѣ́жнѡ, и҆ ѻ҆гне́мъ растаева́еми.

отметающиися бо тебе ведети нечестивии, в крепости мышцы твоея биени быша странными дождьми и градами, и бурями гоними неизбежно, и огнем растаеваеми.

ибо нечестивые, отрекшиеся познать Тебя, наказаны силою мышцы Твоей, быв преследуемы необыкновенными дождями, градами и неотвратимыми бурями и истребляемы огнем.

16:17

Пресла́вное бо, въ водѣ̀ всѧ̑ ᲂу҆гаша́ющей мно́жае дѣ́йствоваше ѻ҆́гнь: спобо́рникъ бо є҆́сть мі́ръ ѡ҆ пра́ведныхъ.

Преславное бо, в воде вся угашающей множае действоваше огнь: споборник бо есть мир о праведных.

Но самое чудное было то, что огонь сильнее оказывал действие в воде, все погашающей, ибо самый мир есть поборник за праведных.

16:18

Ѻ҆вогда́ бо ᲂу҆́бѡ ᲂу҆кроща́шесѧ пла́мень, да не сожже́тъ по́сланныхъ живо́тныхъ на нечєсти́выѧ: но сі́и зрѧ́ще да вѣ́дѧтъ, ꙗ҆́кѡ ѿ бж҃їѧ сꙋда̀ стра́ждꙋтъ гоне́нїе.

овогда бо убо укрощашеся пламень, да не сожжетъ посланных животных на нечестивыя: но сии зряще да ведят, яко от божия суда страждут гонение.

Иногда пламя укрощалось, чтобы не сжечь животных, посланных на нечестивых, и чтобы они, видя это, познали, что преследуются судом Божиим.

16:19

Ѻ҆вогда́ же и҆ междꙋ̀ водо́ю вы́ше си́лы ѻ҆́гненныѧ палѧ́ше, да беззакѡ́нныѧ землѝ порождє́нїѧ растли́тъ.

овогда же и между водою выше силы огненныя паляше, да беззаконныя земли порождения растлит.

А иногда и среди воды жгло сильнее огня, дабы истребить произведения земли неправедной.

16:20

Вмѣ́стѡ же си́хъ а҆́гг҃лскою пи́щею пита́лъ є҆сѝ лю́ди твоѧ̑, и҆ ᲂу҆гото́ванъ хлѣ́бъ съ небесѐ посла́лъ є҆сѝ и҆̀мъ без̾ трꙋда̀, всѧ́кое ᲂу҆слажде́нїе въ себѣ̀ и҆мѣ́ющь и҆ ко всѧ́комꙋ сли́чный вкꙋше́нїю.

Вместо же сих ангелскою пищею питал еси люди твоя, и уготован хлеб с небесе послал еси им без труда, всякое услаждение в себе имеющь и ко всякому сличный вкушению.

Вместо того народ Твой Ты питал пищею ангельскою и послал им, нетрудящимся, с неба готовый хлеб, имевший всякую приятность по вкусу каждого.

16:21

Сꙋщество́ бо твоѐ сла́дость твою̀ ко сынѡ́мъ пока́зоваше, и҆ ᲂу҆гожда́ѧ є҆ди́нагѡ коегѡ́ждо во́ли, ꙗ҆́коже кто̀ хотѧ́ше, превраща́шесѧ.

Существо бо твое сладость твою ко сыном показоваше, и угождая единаго коегождо воли, якоже кто хотяше, превращашеся.

Ибо свойство пищи Твоей показывало Твою любовь к детям и в удовлетворение желания вкушающего изменялось по вкусу каждого.

16:22

Снѣ́гъ же и҆ ле́дъ терпѧ́хꙋ ѻ҆́гнь и҆ не растаѧва́хꙋ: да ᲂу҆вѣ́дѧтъ, ꙗ҆́кѡ плоды̀ врагѡ́въ и҆стреблѧ́ше ѻ҆́гнь горѧ́щь во гра́дѣ и҆ въ дожде́хъ блиста́ющь:

Снег же и лед терпяху огнь и не растаяваху: да уведят, яко плоды врагов истребляше огнь горящь во граде и в дождех блистающь:

А снег и лед выдерживали огонь и не таяли, дабы они знали, что огонь, горящий в граде и блистающий в дождях, истреблял плоды врагов.

16:23

то́йже па́ки, да пита́ютсѧ пра́веднїи, (ѻ҆́гнь) и҆ свою̀ забы̀ си́лꙋ.

тойже паки, да питаются праведнии, (огнь) и свою забы силу.

Но тот же огонь, дабы напитались праведные, терял свою силу.

16:24

Творе́нїе бо, тебѣ̀ творцꙋ̀ всѣ́хъ слꙋжа́щее, распростира́етсѧ на мꙋ́кꙋ проти́вꙋ непра́ведныхъ и҆ легча́е твори́тсѧ во благодѣѧ́нїе ра́ди на тѧ̀ надѣ́ющихѧ.

Творение бо, тебе творцу всех служащее, распростирается на муку противу неправедных и легчае творится во благодеяние ради на тя надеющихя.

Ибо тварь, служа Тебе, Творцу, устремляется к наказанию нечестивых и утихает для благодеяния верующим в Тебя.

16:25

Сегѡ̀ ра́ди и҆ тогда̀ во всѧ̑ преѡбразꙋ́емое всѣ́хъ корми́телницѣ блгⷣти твое́й слꙋжа́ше къ во́ли тре́бꙋющихъ:

Сего ради и тогда во вся преобразуемое всех кормителнице благодати твоей служаше к воли требующих:

Посему и тогда она, изменяясь во всё, повиновалась Твоей благодати, питающей всех, по желанию нуждающихся,

16:26

да наꙋча́тсѧ сы́нове твоѝ, и҆̀хже возлюби́лъ є҆сѝ, гдⷭ҇и, ꙗ҆́кѡ не рождє́нїѧ плодѡ́въ пита́ютъ человѣ́ка, но сло́во твоѐ тебѣ̀ вѣ́рꙋющихъ соблюда́етъ.

да научатся сынове твои, ихже возлюбил еси, господи, яко не рождения плодов питают человека, но слово твое тебе верующих соблюдает.

дабы сыны Твои, которых Ты, Господи, возлюбил, познали, что не роды плодов питают человека, но слово Твое сохраняет верующих в Тебя.

16:27

Є҆́же бо ѻ҆гне́мъ нерастлѣ́но ско́рѡ ѿ ма́лыѧ лꙋчѝ со́лнечныѧ грѣ́емое растаѧва́шесѧ:

Еже бо огнем нерастлено скоро от малыя лучи солнечныя греемое растаявашеся:

Ибо неповреждаемое огнем, будучи согреваемо слабым солнечным лучом, тотчас растаявало,

16:28

да зна́емо бꙋ́детъ (всѣ̑мъ), ꙗ҆́кѡ подоба́етъ предвари́ти со́лнце на благодаре́нїе тебѣ̀ и҆ къ восто́кꙋ свѣ́та тебѣ̀ поклони́тисѧ.

да знаемо будет (всемъ), яко подобает предварити солнце на благодарение тебе и к востоку света тебе поклонитися.

дабы известно было, что должно предупреждать солнце благодарением Тебе и обращаться к Тебе на восток света.

16:29

Неблагода́рнагѡ бо ᲂу҆пова́нїе ꙗ҆́кѡ зи́мный и҆́ней раста́етъ, и҆ и҆злїе́тсѧ ꙗ҆́кѡ вода̀ неключи́ма.

Неблагодарнаго бо упование яко зимный иней растает, и излиется яко вода неключима.

Ибо надежда неблагодарного растает, как зимний иней, и выльется, как негодная вода.

Глава 17

17:1

Вели́цы бо сꙋ́ть сꙋдѝ твоѝ, (гдⷭ҇и,) и҆ неизглаго́ланни: сегѡ̀ ра́ди ненака̑занныѧ дꙋ́ши заблꙋди́ша.

Велицы бо суть суди твои, (господи,) и неизглаголанни: сего ради ненаказанныя души заблудиша.

Велики и непостижимы суды Твои, посему ненаученные души впали в заблуждение.

17:2

Возмнѣ́вше бо наси́льствовати ꙗ҆зы́къ ст҃ы́й беззако́ннїи, ᲂу҆́зницы тмы̀ и҆ до́лгою но́щїю свѧ́зани, заключе́ни под̾ кро́вы, бѣглецы̀ вѣ́чнагѡ провѣ́дѣнїѧ лежа́ша.

Возмневше бо насильствовати язык святый беззаконнии, узницы тмы и долгою нощию связани, заключени подъ кровы, беглецы вечнаго проведения лежаша.

Ибо беззаконные, которые задумали угнетать святой народ, узники тьмы и пленники долгой ночи, затворившись в домах, скрывались от вечного Промысла.

17:3

Оу҆таи́тисѧ бо мнѧ́ще въ сокрове́нныхъ грѣсѣ́хъ, мра́чнымъ забве́нїѧ покрыва́ломъ расточе́ни бы́ша, ᲂу҆жаса́ющесѧ лю́тѣ и҆ страши́лищами возмꙋще́ни:

утаитися бо мняще в сокровенных гресех, мрачнымъ забвения покрывалом расточени быша, ужасающеся люте и страшилищами возмущени:

Думая укрыться в тайных грехах, они, под темным покровом забвения, рассеялись, сильно устрашаемые и смущаемые призраками,

17:4

ниже́ бо содержа́й и҆̀хъ верте́пъ без̾ стра́ха сохранѝ, шꙋ́мы же сходѧ́ще возмꙋща́хꙋ и҆̀хъ, и҆ привидѣ̑нїѧ дрѧ̑хлаѧ печа́льными ли́цами ꙗ҆влѧ́хꙋсѧ.

ниже бо содержай их вертеп без страха сохрани, шумы же сходяще возмущаху их, и привидения дряхлая печальными лицами являхуся.

ибо и самое потаенное место, заключавшее их, не спасало их от страха, но страшные звуки вокруг них приводили их в смущение, и являлись свирепые чудовища со страшными лицами.

17:5

И҆ ѻ҆́гненнаѧ ᲂу҆́бѡ ни є҆ди́на си́ла можа́ше ѡ҆свѣща́ти, нижѐ ѕвѣ́здъ свѣ́тлїи пла́менїе просвѣти́ти можа́хꙋ въ тꙋ̀ но́щь стра́шнꙋю.

И огненная убо ни едина сила можаше освещати, ниже звезд светлии пламение просветити можаху въ ту нощь страшную.

И никакая сила огня не могла озарить, ни яркий блеск звезд не в состоянии был осветить этой мрачной ночи.

17:6

Ꙗ҆влѧ́шесѧ же и҆̀мъ то́кмѡ внеза́пный ѻ҆́гнь стра́ха и҆спо́лнь: ᲂу҆страша́еми же неви́димымъ ѻ҆́нымъ призра́комъ, мнѧ́хꙋ гѡ́ршаѧ бы́ти ви̑димаѧ.

являшеся же им токмо внезапный огнь страха исполнь: устрашаеми же невидимым оным призраком, мняху горшая быти видимая.

Являлись им только сами собою горящие костры, полные ужаса, и они, страшась невидимого — призрака, представляли себе видимое еще худшим.

17:7

Волше́бнагѡ же хꙋдо́жества предлежа́хꙋ посмѣѧ̑нїѧ, и҆ ѡ҆ премꙋ́дрости велича́нїѧ ѡ҆бличе́нїе ᲂу҆кори́зненно:

Волшебнаго же художества предлежаху посмеяния, и о премудрости величания обличение укоризненно:

Пали обольщения волшебного искусства, и хвастовство мудростью подверглось посмеянию,

17:8

ѡ҆бѣща́ющїисѧ бо и҆згна́ти стра́хи и҆ смꙋщє́нїѧ ѿ дꙋшѝ болѧ́щїѧ, сі́и посмѣѧ́телнымъ стра́хомъ болѧ́хꙋ.

обещающиися бо изгнати страхи и смущения от души болящия, сии посмеятелным страхом боляху.

ибо обещавшиеся отогнать от страдавшей души ужасы и страхи, сами страдали позорною боязливостью.

17:9

И҆́бо а҆́ще и҆ ничто́же и҆̀хъ мѧте́жное ᲂу҆страша́ше, ѕвѣре́й прехо́дами и҆ ѕмїє́въ звизда́ньми подви́жени погиба́хꙋ тре́петни, и҆ а҆́ера ѿню́дъ неизбѣ́жнагѡ ѿрица́ющесѧ ви́дѣти.

Ибо аще и ничтоже их мятежное устрашаше, зверей преходами и змиев звизданьми подвижени погибаху трепетни, и аера отнюд неизбежнаго отрицающеся видети.

И хотя никакие устрашения не тревожили их, но, преследуемые брожениями ядовитых зверей и свистами пресмыкающихся, они исчезали от страха, боясь взглянуть даже на воздух, от которого никуда нельзя убежать,

17:10

Боѧзли́ваѧ бо ѕло́ба, свои́мъ свидѣ́телствомъ ѡ҆сꙋжда́ема, вы́нꙋ прїе́млетъ во ᲂу҆́мъ лю̑таѧ, содержи́ма со́вѣстїю.

Боязливая бо злоба, своим свидетелством осуждаема, выну приемлет во ум лютая, содержима совестию.

ибо осуждаемое собственным свидетельством нечестие боязливо и, преследуемое совестью, всегда придумывает ужасы.

17:11

Ничто́же бо є҆́сть стра́хъ, то́кмѡ лише́нїе по́мощей сꙋ́щихъ ѿ помышле́нїѧ.

Ничтоже бо есть страх, токмо лишение помощей сущихъ от помышления.

Страх есть не что иное, как лишение помощи от рассудка.

17:12

Внꙋ́трь же ме́нше сꙋ́щее ча́ѧнїе, бо́лшее мни́тъ невѣ́дѣнїе вины̀ подаю́щїѧ мꙋ́кꙋ.

Внутрь же менше сущее чаяние, болшее мнит неведение вины подающия муку.

Чем меньше надежды внутри, тем больше представляется неизвестность причины, производящей мучение.

17:13

А҆ и҆̀же въ немощнꙋ́ю пои́стиннѣ но́щь, и҆ ѿ немощна́гѡ а҆́да верте́пѡвъ наше́дшꙋю, сно́мъ тѣ́мже спѧ́щїи,

А иже в немощную поистинне нощь, и от немощнаго ада вертепов нашедшую, сном темже спящии,

И они в эту истинно невыносимую и из глубин нестерпимого ада исшедшую ночь, располагаясь заснуть обыкновенным сном,

17:14

ѻ҆́во ᲂу҆́бѡ страши́лищами мечта́нїй гони́ми бѧ́хꙋ, ѻ҆́во же дꙋшѝ и҆зчеза́хꙋ преда́нїемъ: внеза́пный бо и҆̀мъ и҆ неча́ѧнный стра́хъ на́йде.

ово убо страшилищами мечтаний гоними бяху, ово же души изчезаху преданием: внезапный бо им и нечаянный страх найде.

то были тревожимы страшными призраками, то расслабляемы душевным унынием, ибо находил на них внезапный и неожиданный страх.

17:15

Пото́мъ та́кѡ, кто́ либо когда̀ бѣ̀ ѻ҆на́мѡ, низпады́й хранѧ́шесѧ въ темни́цѣ без̾ желѣ́за заключе́нъ:

Потом тако, кто либо когда бе онамо, низпадый храняшеся в темнице без железа заключен:

Итак, где кто тогда был застигнут, делался пленником и заключаем был в эту темницу без оков.

17:16

а҆́ще бо земледѣ́латель кто̀ бы́сть, и҆лѝ па́стырь, и҆лѝ трꙋдѡ́въ пꙋсты́нныхъ дѣ́латель, пред̾ѧ́тъ бы́въ, неизбѣ́жнꙋю терпѧ́ше нꙋ́ждꙋ:

аще бо земледелатель кто бысть, или пастырь, или трудов пустынных делатель, предъят быв, неизбежную терпяше нужду:

Был ли то земледелец или пастух, или занимающийся работами в пустыне, всякий, быв застигнут, подвергался этой неизбежной судьбе,

17:17

є҆ди́нымъ бо ᲂу҆́жемъ тмы̀ всѝ бѧ́хꙋ свѧ́зани. А҆́ще дꙋ́хъ звизда́ѧй, и҆лѝ междꙋ̀ ча́стыхъ древе́сныхъ вѣ́твей пти́чїй гла́съ сладкопѣ́снивый, и҆лѝ си́ла водна́ѧ текꙋ́щи ѕѣ́лнѣ,

единым бо ужем тмы вси бяху связани. Аще дух звиздаяй, или между частых древесных ветвей птичий глас сладкопеснивый, или сила водная текущи зелне,

ибо все были связаны одними неразрешимыми узами тьмы. Свищущий ли ветер, или среди густых ветвей сладкозвучный голос птиц, или сила быстро текущей воды, или сильный треск низвергающихся камней,

17:18

и҆лѝ шꙋ́мъ ѕѣ́лный низпа́дающихъ ка́менїй, и҆лѝ и҆гра́ющихъ живо́тныхъ тече́нїе неви́димое, и҆лѝ рыка́ющихъ лю́тыхъ ѕвѣре́й гла́съ, и҆лѝ ѿзыва́ющьсѧ ѿ де́брей го́рскихъ гла́съ, разслаблѧ́хꙋ ѻ҆́ныхъ ᲂу҆страша́юще.

или шум зелный низпадающих камений, или играющихъ животных течение невидимое, или рыкающих лютых зверей глас, или отзывающься от дебрей горских глас, разслабляху оных устрашающе.

или незримое бегание скачущих животных, или голос ревущих свирепейших зверей, или отдающееся из горных углублений эхо, все это, ужасая их, повергало в расслабление.

17:19

Всѧ́ бо вселе́ннаѧ свѣ́тлымъ просвѣща́шесѧ свѣ́томъ, и҆ невозбра́нными дѣ́лы содержа́шесѧ:

Вся бо вселенная светлым просвещашеся светом, и невозбранными делы содержашеся:

Ибо весь мир был освещаем ясным светом и занимался беспрепятственно делами;

17:20

на є҆ди́ныхъ же ѻ҆́ныхъ простира́шесѧ тѧ́жкаѧ но́щь, ѡ҆́бразъ бꙋ́дꙋщагѡ и҆́хъ воспрїѧ́тїѧ тмы̀: са́ми же себѣ̀ бы́ша тмы̀ тѧжча́йшїи.

на единых же оных простирашеся тяжкая нощь, образъ будущаго их восприятия тмы: сами же себе быша тмы тяжчайшии.

а над ними одними была распростерта тяжелая ночь, образ тьмы, имевшей некогда объять их; но сами для себя они были тягостнее тьмы.

Глава 18

18:1

Преподѡ́бнымъ же твои̑мъ превели́къ бѣ̀ свѣ́тъ: и҆́хже ᲂу҆́бѡ гла́съ слы́шаше, ѡ҆́браза же не ви́дѧще, зане́же ᲂу҆́бѡ и҆ ѻ҆нѝ (тогѡ́жде) не страда́хꙋ, ᲂу҆блажа́хꙋ.

Преподобным же твоим превелик бе свет: ихже убо глас слышаше, образа же не видяще, занеже убо и они (тогожде) не страдаху, ублажаху.

А для святых Твоих был величайший свет. И те, слыша голос их, а образа не видя, называли их блаженными, потому что они не страдали.

18:2

А҆ ꙗ҆́кѡ не па́коствꙋютъ пред̾ѡби́димїи, благодарѧ́хꙋ, и҆ є҆́же пронести́сѧ, благода́ти молѧ́хꙋ.

А яко не пакоствуют предобидимии, благодаряху, и еже пронестися, благодати моляху.

А за то, что, быв прежде обижаемы ими, не мстили им, благодарили и просили прощения в том, что заставляли переносить их.

18:3

Си́хъ ра́ди сто́лпъ ѻ҆гнегорѧ́щь, вожда̀ ᲂу҆́бѡ невѣ́домагѡ пꙋтьше́ствїѧ, со́лнце же невреди́телное любоче́стнагѡ стра́нствованїѧ по́далъ є҆сѝ.

Сих ради столп огнегорящь, вожда убо неведомаго путьшествия, солнце же невредителное любочестнаго странствования подал еси.

Вместо того, Ты дал им указателем на незнакомом пути огнесветлый столп, а для благополучного странствования — безвредное солнце.

18:4

Досто́йни бо ѻ҆нѝ лиши́тисѧ свѣ́та и҆ блюсти́сѧ во тмѣ̀, и҆̀же заключе́ныхъ стрежа́хꙋ сынѡ́въ твои́хъ, и҆́миже и҆мѧ́ше нетлѣ́нный зако́на свѣ́тъ вѣ́кꙋ да́тисѧ.

Достойни бо они лишитися света и блюстися во тме, иже заключеных стрежаху сынов твоих, имиже имяше нетленный закона свет веку датися.

Ибо те достойны были лишения света и заключения во тьме, потому что держали в заключении сынов Твоих, чрез которых имел быть дан миру нетленный свет закона.

18:5

Совѣ́товавшихъ же и҆́хъ ᲂу҆бива́ти младе́нцы преподо́бныхъ, и҆ є҆ди́номꙋ ѿложе́нꙋ ча́дꙋ и҆ спасе́нꙋ, во ѡ҆бличе́нїе и҆́хъ ѿѧ́лъ є҆сѝ мно́жество ча̑дъ, и҆ кꙋ́пнѡ погꙋби́лъ є҆сѝ въ водѣ̀ ѕѣ́лнѣй.

Советовавших же их убивати младенцы преподобных, и единому отложену чаду и спасену, во обличение ихъ отял еси множество чад, и купно погубил еси в воде зелней.

Когда определили они избить детей святых, хотя одного сына, покинутого и спасли, в наказание за то Ты отнял множество их детей и самих всех погубил в сильной воде.

18:6

Ѻ҆́наѧ бо но́щь пред̾ꙋвѣ́дѣна бы́сть ѻ҆тцє́мъ на́шымъ, да тве́рдѡ вѣ́дꙋще, и҆̀мже клѧ́твамъ вѣ́роваша, возблагодꙋ́шествꙋютъ.

оная бо нощь предуведена бысть отцем нашим, да твердо ведуще, имже клятвам вероваша, возблагодушествуют.

Та ночь была предвозвещена отцам нашим, дабы они, твердо зная обетования, каким верили, были благодушны.

18:7

Воспрїѧ́то же бы́сть ѿ люді́й твои́хъ спасе́нїе ᲂу҆́бѡ пра́ведныхъ, врагѡ́въ же и҆стребле́нїе:

Восприято же бысть от людий твоих спасение убо праведных, врагов же истребление:

И народ Твой ожидал как спасения праведных, так и погибели врагов,

18:8

и҆́мже бо наказа́лъ є҆сѝ сꙋпоста́ты на́шѧ, си́мъ на́съ призва́въ просла́вилъ є҆сѝ.

имже бо наказал еси супостаты наша, сим нас призвавъ прославил еси.

ибо, чем Ты наказывал врагов, тем самым возвеличил нас, которых Ты призвал.

18:9

Сокрове́ннѡ бо жрѧ́хꙋ преподо́бнїи ѻ҆́троцы благи́хъ, и҆ зако́нъ бжⷭ҇твенный є҆диномы́слїемъ завѣща́ша, та̑ѧжде подо́бнѡ, блага̑ѧ же и҆ бѣ́дствєннаѧ воспрїима́ти ст҃ы̑мъ, ѻ҆тцє́мъ ᲂу҆жѐ предвоспѣва́ющымъ хвалꙋ̀.

Сокровенно бо жряху преподобнии отроцы благих, и закон божественный единомыслием завещаша, таяжде подобно, благая же и бедственная восприимати святым, отцемъ уже предвоспевающим хвалу.

Святые дети добрых тайно совершали жертвоприношение и единомысленно постановили божественным законом, чтобы святые равно участвовали в одних и тех же благах и опасностях, когда отцы уже воспевали хвалы.

18:10

Противогласѧ́ше же несогла́сный врагѡ́въ во́пль, и҆ плаче́вный слы́шашесѧ гла́съ пла́чꙋщихъ младе́нцєвъ.

Противогласяше же несогласный врагов вопль, и плачевный слышашеся глас плачущих младенцев.

С противной же стороны отдавался нестройный крик врагов, и разносился жалобный вопль над оплакиваемыми детьми.

18:11

Подо́бною же ме́стїю ра́бъ кꙋ́пнѡ съ господи́номъ казне́нъ бы́сть, и҆ просты́й человѣ́къ съ царе́мъ та̑ѧжде пострада̀:

Подобною же местию раб купно с господином казненъ бысть, и простый человек с царем таяжде пострада:

Одинаковым судом был наказан раб с господином, и простолюдин терпел одно и то же с царем:

18:12

є҆динодꙋ́шнѡ же всѝ во є҆ди́нѣмъ и҆́мени сме́ртнѣмъ ме́ртвыхъ и҆мѣ́ѧхꙋ безчи́сленныхъ: ниже́ бо ко погребе́нїю живі́и бѧ́хꙋ дово́лни, поне́же во є҆ди́нѣмъ мгнове́нїи честнѣ́йшїй ро́дъ и҆́хъ и҆стребле́нъ бы́сть.

единодушно же вси во единем имени смертнемъ мертвых имеяху безчисленных: ниже бо ко погребению живии бяху доволни, понеже во единем мгновении честнейший род их истреблен бысть.

все вообще имели бесчисленных мертвецов, умерших одинаковою смертью; и живых недоставало для погребения, так как в одно мгновение погублено было все драгоценнейшее их поколение.

18:13

Ѡ҆ всѣ́хъ бо не вѣ́рꙋюще ра́ди чародѣѧ́нїй, а҆ ра́ди пе́рвенцєвъ и҆стребле́нїѧ, и҆сповѣ́даша люді́й сынѡ́въ бж҃їихъ бы́ти.

о всех бо не верующе ради чародеяний, а ради первенцевъ истребления, исповедаша людий сынов божиих быти.

И не верившие ничему ради чародейства, при погублении первенцев, признали, что этот народ есть сын Божий,

18:14

Ти́хомꙋ бо молча́нїю содержа́щꙋ всѧ̑, и҆ но́щи во свое́мъ тече́нїи преполовлѧ́ющейсѧ,

Тихому бо молчанию содержащу вся, и нощи во своемъ течении преполовляющейся,

ибо, когда все окружало тихое безмолвие и ночь в своем течении достигла средины,

18:15

всемогꙋ́щее сло́во твоѐ, (гдⷭ҇и,) съ нб҃съ ѿ прⷭ҇то́лѡвъ црⷭ҇кихъ же́стокъ ра́тникъ въ среди́нꙋ поги́бельныѧ землѝ сни́де.

всемогущее слово твое, (господи,) с небес от престоловъ царских жесток ратник в средину погибельныя земли сниде.

сошло с небес от царственных престолов на средину погибельной земли всемогущее слово Твое, как грозный воин.

18:16

Ме́чь ѻ҆́стръ нелицемѣ́рное повелѣ́нїе твоѐ носѧ́й, и҆ ста́въ и҆спо́лни всѧ̑ сме́рти: и҆ небесѐ ᲂу҆́бѡ каса́шесѧ, стоѧ́ше же на землѝ.

Мечь остр нелицемерное повеление твое носяй, и став исполни вся смерти: и небесе убо касашеся, стояше же на земли.

Оно несло острый меч — неизменное Твое повеление и, став, наполнило все смертью: оно касалось неба и ходило по земле.

18:17

Тогда̀ внеза́пꙋ привидѣ̑нїѧ ᲂу҆́бѡ снѡ́въ лю́тѣ смꙋти́ша и҆̀хъ, стра́си же наидо́ша неча́ѧнни,

Тогда внезапу привидения убо снов люте смутиша их, страси же наидоша нечаянни,

Тогда вдруг сильно встревожили их мечты сновидений, и наступили неожиданные ужасы;

18:18

и҆ и҆́нъ и҆на́мѡ ве́рженъ є҆́ле жи́въ, є҆ѧ́же ра́ди вины̀ ᲂу҆мира́ше, ѡ҆б̾ѧвлѧ́ше:

и ин инамо вержен еле жив, еяже ради вины умираше, объявляше:

и, будучи поражаем — один там, другой тут, полумертвый объявлял причину, по которой он умирал:

18:19

сѡ́нїѧ бо, смꙋти́вше и҆̀хъ, сїѐ предвозвѣсти́ша: да не вѣ́дѧще, є҆гѡ́же ра́ди ѕлѣ̀ стра́ждꙋтъ, поги́бнꙋтъ.

сония бо, смутивше их, сие предвозвестиша: да не ведяще, егоже ради зле страждут, погибнут.

ибо встревожившие их сновидения предварительно показали им это, чтобы они не погибли, не зная того, за что терпят зло.

18:20

Прикоснꙋ́сѧ же нѣ́когда и҆ пра́ведныхъ и҆скꙋше́нїе сме́рти, пораже́нїе во пꙋсты́ни бы́сть мно́жества: но не до́лгѡ пребы́сть гнѣ́въ.

Прикоснуся же некогда и праведных искушение смерти, поражение во пустыни бысть множества: но не долго пребысть гнев.

Хотя искушение смерти коснулось и праведных, и много их погибло в пустыне, но недолго продолжался этот гнев,

18:21

Потща́всѧ бо мꙋ́жъ непоро́ченъ предпобо́рствова, своеѧ̀ слꙋ́жбы ѻ҆рꙋ́жїе, моли́твꙋ и҆ ѳѷмїа́ма ᲂу҆милостивле́нїе прине́съ, сопроти́въ ста̀ гнѣ́вꙋ и҆ коне́цъ положѝ бѣ́дствованїю, показа́въ, ꙗ҆́кѡ тво́й є҆́сть ра́бъ.

Потщався бо муж непорочен предпоборствова, своея службы оружие, молитву и фимиама умилостивление принес, сопротив ста гневу и конец положи бедствованию, показав, яко твой есть раб.

ибо непорочный муж поспешил защитить их; принеся оружие своего служения, молитву и умилостивление кадильное, он противостал гневу и положил конец бедствию, показав тем, что он слуга Твой.

18:22

Ѡ҆долѣ́ же поража́ющаго не си́лою тѣле́сною, нижѐ ѻ҆рꙋ́жїѧ дѣ́йствїемъ, но сло́вомъ покорѝ наказꙋ́ющаго, клѧ̑твы ѻ҆тцє́въ и҆ завѣ́ты воспомѧнꙋ́въ.

одоле же поражающаго не силою телесною, ниже оружия действием, но словом покори наказующаго, клятвы отцевъ и заветы воспомянув.

Он победил истребителя не силою телесною и не действием оружия, но словом покорил наказывавшего, воспомянув клятвы и заветы отцов.

18:23

Грома́дами бо ᲂу҆жѐ па́дшымъ дрꙋ́гъ на дрꙋ́га мє́ртвымъ, посредѣ̀ ста́въ, пресѣчѐ гнѣ́въ и҆ раздѣлѝ къ живы̑мъ пꙋ́ть.

Громадами бо уже падшим друг на друга мертвым, посреде став, пресече гнев и раздели к живымъ путь.

Ибо, когда уже грудами лежали мертвые одни на других, он, став в средине, остановил гнев и пресек ему путь к живым.

18:24

На ѻ҆де́жди бо поди́ра бѣ̀ ве́сь мі́ръ, и҆ ѻ҆тцє́въ сла̑вы на и҆зваѧ́нїи четырерѧдова́гѡ ка́менїѧ, и҆ вели́чество твоѐ на дїади́мѣ главы̀ є҆гѡ̀.

На одежди бо подира бе весь мир, и отцевъ славы на изваянии четырерядоваго камения, и величество твое на диадиме главы его.

На подире его был целый мир, и славные имена отцов были вырезаны на камнях в четыре ряда, и величие Твое — на диадиме головы его.

18:25

Си̑мъ ᲂу҆стꙋпи́лъ и҆скоренѧ́ѧй и҆ си́хъ ᲂу҆страши́сѧ: бѣ́ бо то́кмѡ и҆скꙋше́нїе гнѣ́ва дово́лно.

Сим уступил искореняяй и сих устрашися: бе бо токмо искушение гнева доволно.

Этому уступил истребитель, и этого убоялся: ибо довольно было одного этого испытания гневного.

Глава 19

19:1

Нечєсти́вымъ же до конца̀ без̾ ми́лости ꙗ҆́рость на́йде: предвѣ́дѣ бо и҆́хъ и҆ бꙋ̑дꙋщаѧ,

Нечестивым же до конца без милости ярость найде: предведе бо их и будущая,

А над нечестивыми до конца тяготел немилостивый гнев, ибо Он предвидел и будущие их дела,

19:2

ꙗ҆́кѡ ті́и ѿпꙋсти́вшїи, є҆́же ѿитѝ, и҆ со тща́нїемъ предпосла́вше и҆̀хъ, поженꙋ́тъ в̾слѣ́дъ раска́ѧвшесѧ:

яко тии отпустившии, еже отити, и со тщаниемъ предпославше их, поженут вслед раскаявшеся:

что они, позволив им отправиться и с поспешностью выслав их, раскаются и погонятся за ними,

19:3

є҆ще́ бо въ рꙋка́хъ и҆мѣ́юще рыда̑нїѧ и҆ сѣ́тꙋюще над̾ гроба́ми ме́ртвыхъ, и҆́нъ себѣ̀ взѧ́ша по́мыслъ безꙋ́мїѧ, и҆ и҆̀хже молѧ́ще и҆згна́ша, си́хъ а҆́ки бѣглецє́въ гонѧ́хꙋ.

еще бо в руках имеюще рыдания и сетующе надъ гробами мертвых, ин себе взяша помысл безумия, и ихже моляще изгнаша, сих аки беглецев гоняху.

ибо, еще имея в руках печали и рыдая над гробами мертвых, они возымели другой безумный помысл, и тех, кого с мольбою высылали, преследовали, как беглецов.

19:4

Влеча́ше бо и҆̀хъ къ семꙋ̀ концꙋ̀ досто́йнаѧ нꙋ́жда, и҆ приклю́чшихсѧ забы́тїе вложѝ, да и҆ про́чꙋю къ мꙋче́нїємъ принапо́лнѧтъ ка́знь:

Влечаше бо их к сему концу достойная нужда, и приключшихся забытие вложи, да и прочую к мучением принаполнятъ казнь:

Влекла же их к тому концу судьба, которой они были достойны, и она навела забвение о случившемся, дабы они восполнили наказание, недостававшее к их мучениям,

19:5

и҆ лю́дїе ᲂу҆́бѡ твоѝ пресла́вное пꙋтьше́ствїе пре́йдꙋтъ, ѻ҆ни́ же стра́ннꙋ ѡ҆брѧ́щꙋтъ сме́рть.

и людие убо твои преславное путьшествие прейдут, они же странну обрящут смерть.

и дабы народ Твой совершил славное путешествие, а они нашли себе необычайную смерть.

19:6

Все́ бо творе́нїе во свое́мъ є҆мꙋ̀ ро́дѣ па́ки свы́ше преѡбразова́шесѧ, слꙋжа́щее сво́йствєннымъ твои̑мъ повелѣ́нїємъ, да ѻ҆́троцы твоѝ сохранѧ́тсѧ неврежде́ни.

Все бо творение во своем ему роде паки свыше преобразовашеся, служащее свойственным твоим повелением, да отроцы твои сохранятся невреждени.

Ибо вся тварь снова свыше преобразовалась в своей природе, повинуясь особым повелениям, дабы сыны Твои сохранились невредимыми.

19:7

Ѡ҆́блакъ ѡ҆сѣнѧ́ѧй по́лкъ и҆́хъ, и҆ и҆з̾ преждебы́вшїѧ воды̀ ѿкры́тїе сꙋхі́ѧ землѝ ꙗ҆ви́сѧ, и҆ и҆з̾ мо́рѧ чермна́гѡ пꙋ́ть невозбра́ненъ, и҆ по́ле ѕла́чное ѿ волне́нїѧ ѕѣ́лнагѡ:

облак осеняяй полк их, и из преждебывшия воды открытие сухия земли явися, и из моря чермнаго путь невозбранен, и поле злачное от волнения зелнаго:

Явилось облако, осеняющее стан, а где стояла прежде вода, показалась сухая земля, из Чермного моря — беспрепятственный путь, и из бурной пучины — зеленая долина.

19:8

и҆́мже ве́сь ꙗ҆зы́къ про́йде, твое́ю рꙋко́ю покрове́ни, ви́дѧще ди̑внаѧ чꙋдеса̀.

имже весь язык пройде, твоею рукою покровени, видяще дивная чудеса.

Покрываемые Твоею рукою, они прошли по ней всем народом, видя дивные чудеса.

19:9

Ꙗ҆́коже бо ко́ни насы́тишасѧ, и҆ ꙗ҆́кѡ а҆́гнцы взыгра́шасѧ, хва́лѧще тѧ̀, гдⷭ҇и, и҆зба́вльшаго и҆̀хъ:

якоже бо кони насытишася, и яко агнцы взыграшася, хваляще тя, господи, избавльшаго их:

Они паслись, как кони, и играли, как агнцы, славя Тебя, Господи, Избавителя их,

19:10

воспомѧнꙋ́ша бо є҆щѐ, ꙗ҆̀же во ѡ҆бита́нїи и҆́хъ, ка́кѡ ᲂу҆́бѡ вмѣ́стѡ рожде́нїѧ живо́тныхъ и҆зведѐ землѧ̀ скні̑пы, вмѣ́стѡ же ры́бъ и҆зры́гнꙋ рѣка̀ мно́жество жа́бъ.

воспомянуша бо еще, яже во обитании их, како убо вместо рождения животных изведе земля скнипы, вместо же рыб изрыгну река множество жаб.

ибо они еще помнили о том, что случилось во время пребывания их там, как земля вместо рождения других животных произвела скнипов и река вместо рыб извергла множество жаб.

19:11

Послѣди́ же ви́дѣша и҆ но́вое рожде́нїе пти́цъ, є҆гда̀ похотѣ́нїемъ подви́гшесѧ, проси́ша сла́достныѧ пи́щи.

Последи же видеша и новое рождение птиц, егда похотением подвигшеся, просиша сладостныя пищи.

А после они увидели и новый род птиц, когда, увлекшись пожеланием, просили приятной пищи,

19:12

Во ᲂу҆тѣше́нїе бо взыдо́ша и҆̀мъ ѿ мо́рѧ кра́стєли: и҆ мꙋчє́нїѧ грѣ̑шнымъ наидо́ша, не без̾ бы́вшихъ зна́менїй си́лою мо́лнїй: пра́веднѣ бо пострада́ша за своѧ̑ ѕлѡ́бы,

Во утешение бо взыдоша им от моря крастели: и мучения грешным наидоша, не без бывших знамений силою молний: праведне бо пострадаша за своя злобы,

ибо в утешение им налетели с моря перепелы, а грешных постигли наказания не без знамений, бывших силою молний. Они справедливо страдали за свою злобу,

19:13

и҆́бо лютѣ́йшее ненавидѣ́нїе стра́нныхъ соверши́ша: и҆ні́и ᲂу҆́бѡ незна́емыхъ не прїе́млѧхꙋ прише́лцєвъ, сі́и же благодѣ́телей стра́нныхъ порабоща́хꙋ.

ибо лютейшее ненавидение странных совершиша: инии убо незнаемых не приемляху пришелцев, сии же благодетелей странных порабощаху.

ибо они более сильную питали ненависть к чужеземцам: иные не принимали незнаемых странников, а эти порабощали благодетельных пришельцев.

19:14

И҆ не то́кмѡ, но а҆́ще ко́е разсмотре́нїе бꙋ́детъ и҆́хъ: занѐ вражде́бнѡ прїе́млѧхꙋ чꙋжды́хъ.

И не токмо, но аще кое разсмотрение будет их: зане враждебно приемляху чуждых.

И мало этого, но еще будет суд на них за то, что те враждебно принимали чужих,

19:15

Сі́и же съ пра́зднествами прїе́мше приѡбщи́вшихсѧ ᲂу҆жѐ и҆́хъ ѡ҆бы́чаємъ, жесточа́йшими ѡ҆ѕло́биша трꙋда́ми.

Сии же с празднествами приемше приобщившихся уже их обычаем, жесточайшими озлобиша трудами.

а эти, с радостью приняв, потом уже пользовавшихся одинаковыми правами стали угнетать ужасными работами.

19:16

Побїе́ни же бы́ша и҆ ѡ҆слѣпле́нїемъ, ꙗ҆́коже ѻ҆́нїи при две́рехъ пра́ведника, є҆гда̀ вели́кою ѡ҆бложе́ни тмо́ю, кі́йждо свои́хъ две́рїй прохо́да и҆ска́ше.

Побиени же быша и ослеплением, якоже онии при дверех праведника, егда великою обложени тмою, кийждо своих дверий прохода искаше.

Посему они поражены были слепотою, как те некогда при дверях праведника, когда, будучи объяты густою тьмою, искали каждый входа в его двери

19:17

Са́ми бо собо́ю стїхі̑и премѣнѧ́ємы, ꙗ҆́коже въ гꙋ́слехъ гла́сы сли́чїѧ и҆́мѧ премѣнѧ́ютъ, всегда̀ хранѧ́ще звꙋ́къ: є҆́же є҆́сть ви́дѣти ѿ зра́ка бы́вшихъ и҆звѣ́стнѡ.

Сами бо собою стихии пременяемы, якоже в гуслехъ гласы сличия имя пременяют, всегда храняще звук: еже есть видети от зрака бывших известно.

Самые стихии изменились, как в арфе звуки изменяют свой характер, всегда оставаясь теми же звуками; это можно усмотреть чрез тщательное наблюдение бывшего.

19:18

Земна̑ѧ бо въ вѡ́днаѧ прелага́хꙋсѧ, и҆ пла̑вающаѧ прехожда́хꙋ на зе́млю.

Земная бо в водная прелагахуся, и плавающая прехождаху на землю.

Ибо земные животные переменялись в водяные, а плавающие в водах выходили на землю.

19:19

Ѻ҆́гнь возмога́ше въ водѣ̀ вы́шше своеѧ̀ си́лы, и҆ вода̀ ᲂу҆гаша́ющꙋю си́лꙋ забы̀.

огнь возмогаше в воде вышше своея силы, и вода угашающую силу забы.

Огонь в воде удерживал свою силу, а вода теряла угашающее свое свойство;

19:20

Пла́мень вопрекѝ ᲂу҆доботлѣ́нныхъ живо́тныхъ не вредѝ пло́тей въ не́мъ ходѧ́щихъ, нижѐ таѧ́ше ледови́дный ᲂу҆добота́ѧй ро́дъ сла́достныѧ пи́щи.

Пламень вопреки удоботленных животных не вреди плотей в нем ходящих, ниже таяше ледовидный удоботаяй род сладостныя пищи.

пламя, наоборот, не вредило телам бродящих удоборазрушимых животных, и не таял легко растаявающий снеговидный род небесной пищи.

19:21

По всемꙋ́ бо, гдⷭ҇и, возвели́чилъ є҆сѝ лю́ди твоѧ̑ и҆ просла́вилъ є҆сѝ, и҆ не презрѣ́лъ є҆сѝ, во всѧ́цѣмъ вре́мени и҆ мѣ́стѣ предстоѧ́й.

По всему бо, господи, возвеличил еси люди твоя и прославилъ еси, и не презрел еси, во всяцем времени и месте предстояй.

Так, Господи, Ты во всем возвеличил и прославил народ Твой, и не оставлял его, но во всякое время и на всяком месте пребывал с ним.