Запивка после евхаристии, символическое значение

Обращался ко многим батюшкам, с вопросом, что-же символизирует запивка после евхаристии? Почему именно теплая вода разведенная вином, которую заедают хлебушком? Все как по сговору отвечали – запивка это просто запивка, она ничего не символизирует. Так ли это? Или все-же символизирует, хочется порассуждать на эту тему. Жду так-же и ваших толкований в комментариях.

Церковь в каждой своей мелочи пронизана сакрально-духовным, либо богословско-символическим значением.

Сама Евхаристия является воспоминанием событий не только тайной вечери, но и крестной смерти Спасителя, момента когда римский солдат вонзил под ребро копие из под которого истекли кровь и вода. Евхаристия так-же является заповедью – и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание 1 кор. 11:24

И тотчас побежал один из них, взял губку, наполнил уксусом и, наложи́в на трость, давал Ему пить; Мф. 27:48 (как известно уксус в старом значении это вино разведенное водой)

Толкование первое: Запивку условно можно называть уксусом, поскольку Христиане призваны подражать Исусу Христу, стало быть запивка это воспоминание того события когда Господь пиял с губки уксус… кстати в качестве губки может выступать хлеб, ведь он имеет высокий порог впитываемости.

Однако когда я стал изучать более ранний вариант библейского текста, на старославянском… там было писано следующее – И а́бiе те́къ еди́нъ от­ ни́хъ, и прiе́мь гу́бу, испо́лнивъ же о́цта, и вонзе́ на тро́сть, напая́ше его́. Рассмотрим слово Оцет, что-же это такое? А Оцет дорогие мои это скисшее вино – т.е. и правда уксус в современном его значении, но не в старом. Бррр. В Славянских текстах везде оцет, в Синодальных везде уксус. (И вот с этого самого места предложенное мной толкование оказывается в тупике, так как мы не знаем о каком именно виде уксуса идет речь в Святом писании. О кислоте или разведенке? Думаем дальше)


С точки зрения логики, Оцет и правда больше подходит по смыслу во всяком случае для крестных страданий, так как было смешано кислое (как лимон) с горьким (желчь) но для чего и какой контекст тут заложен? И сказал ей Вооз: время обеда; приди сюда и ешь хлеб и обмакивай кусок твой в уксус. И села она возле жнецов. Он подал ей хлеба; она ела, наелась, и еще осталось. Руф. 2. Подходит ли это к Руфь: могла ли она есть кислятину – добровольно обмакивая в нее хлеб, да еще этим наестся? Не вяжется. Скорее всего тут речь, о разных видах уксуса (оцета) но почему два разных по смыслу напитка, называются одним и тем-же словом, почему их не выделили, или не синонимизировали? Не считаю это ошибкой, скорее всего это неправильный перевод, нужно искать древнегреческий вариант, а если и там имеется дубляж, значит упущение, вносящее путаницу в понимание текстов библии.


Толкование второе: Запивка – это вино разведенное водой, тут воспоминается самое первое чудо совершенное Господом на брачном пиру в Кане Галилейской когда Он претворил воду в вино. Хлеб-же является воспоминанием чуда о насыщении огромного количества людей несколькими хлебами.


Вот такое прекрасное объяснение нашел в интернете – Уксус (Притч. X, 26). У евреев, как кажется, было два вида уксуса – один они употребляли как обыкновенное питье, и, вероятно, он был не что иное, как слабое красное вино (Чис. VI, 3), а другой состоял из известной кислоты, разбавленной водой. Хлеб, обмакиваемый в уксус, в древнее время составлял обычную пищу между рабочим классом в Палестине и вообще в странах восточных (Руфь II, 14). Пред распятием Господа Ему давали пить уксус, смешанный, по еванг. Матфею, с желчью, а по Марку – с миррой (Мф. XXVII, 34Мк. XV, 23): это был одуряющий напиток, притупляющий чувство, и его обыкновенно давали пить осужденным, чтобы хоть несколько уменьшить мучительность страданий; но Господь Иисус Христос, отведав его, не хотел пить; другого рода уксус, поданный Господу, когда в страшных мучениях, томимый жаждой, Он воскликнул: жажду! состоял из легкого красного кислого вина, служивший обычным напитком римских воинов и особенно во время сильных жаров. Неприятное ощущение, производимое уксусом на зубы и раздражающее, несомненно, раны, побудило Премудрого выразиться о ленивом в следующих словах: Что уксус для зубов, и дым для глаз, то ленивый для посылающих его (Притч. X, 26), и в другом месте: что уксус для раны, то поющий песни печальному сердцу (XXV, 20).


Вот и получается, что Господь пил два разных уксуса, Первый раз – вино разведенное водой, второй раз Оцет разведенный желчью. Все встало на свои места, так, что под запивку подходят оба толкования. Ну Слава Богу, разобрались.

Обновлено: 27.03.2019 — 10:47